– Потому. Уходите.
Дверь захлопнулась перед Наташиным носом. Она несколько минут растерянно постояла на пустой лестнице, потом спустилась вниз. Еще раз позвонила Саше, и снова никто не ответил.
Наташа не помнила, как добралась домой. За всю ночь девушка не сомкнула глаз: смотрела в потолок и думала, почему же Саша так с ней поступил. Ответа найти она так и не смогла.
Утром девушка отпросилась у начальницы и отправилась к Саше на работу. Тот встретил ее смущенно и нерадостно. Рассказал, что Марина вернулась к нему неожиданно и, похоже, навсегда. На вопрос Наташи, почему он не рассказал о возможном визите соперницы, Саша промямлил, что сам не был уверен в намерениях Марины:
– Понимаешь, мы с ней столько раз собирались пожениться, что я уже перестал ее ждать. Но вчера вечером, когда Марина вернулась, я понял, что больше мне никто не нужен. Поэтому и не сказал тебе ничего.
– А как же я? – тихо спросила Наташа.
– Прости, милая, – грустно ответил он, осторожно дотронувшись до ее холодных пальцев. – Это жизнь. Прости и прощай.
Саша кивнул Наташе на прощание, помахал ей рукой, как чужой, и исчез в длинном коридоре.
Девушка собралась с силами и медленно побрела домой. Она легла на неразобранную кровать и пролежала без сна до утра.
На работе всё валилось из рук. Бледная, осунувшая Наташа как тень безмолвно бродила по комнате, невпопад отвечала на вопросы, теряла документы. О причине своего неадекватного состояния она решилась рассказать только ближайшей подруге Ире. Та сочувствовала, но требовала решительных мер: встретиться с неверным женихом, «разобраться» с соперницей, наконец, пойти к врачу – пусть лекарство какое-нибудь выпишет. Нельзя же так себя мучить! Но у Наташи просто не хватало сил что-либо предпринимать. Да и какое лекарство может помочь в такой ситуации?
На работе девушка еще как-то держалась, а дома бесцельно слонялась из угла в угол, потому что боялась ночи. Она знала, что опять не сможет уснуть.
На следующий день Ира вызвала ее в коридор и сунула в руку листок с адресом.
– Это экстрасенс, нашей соседке реально помог. Иди немедленно! Нужно же что-то делать!
Наташа вздохнула, равнодушно взяла адрес и в обеденный перерыв отправилась на прием. Она ничего не ждала от этого визита, но услышанное поразило в самое сердце. Экстрасенс подробно описал внешность Марины и сообщил, что эта женщина сделала ей заговор на смерть и поставила в церкви свечи за упокой Наташиной души. Снятие заговора оказалось делом долгим и нелегким, но, потрясенная до глубины души, девушка безропотно выполнила первое задание: посетила три церкви и в каждой заказала о себе молитву-сорокоуст «за здравие». Ночь опять прошла без сна.
Утром, вместо того чтобы ехать на работу, Наташа вновь отправилась по знакомому адресу. Долго звонила, потом стучала и звала Сашу. Наконец из-за двери раздался грубый женский окрик:
– Убирайся вон, я сейчас полицию вызову!
Девушка не стала дожидаться приезда стражей порядка. На трясущихся ногах она вышла из подъезда.
Саша позвонил ей сам. Узнав о заговоре, не поверил и посоветовал прекратить «беспочвенные и лживые обвинения».
– Не смей выдумывать такое о Марине! – возмущенно повторял бывший жених. – И вообще… даже если что-то и было, то она права, потому что семью защищает.
После очередной бессонной ночи Наташа приступила к выполнению следующего задания экстрасенса. Она купила простой белый платок и три дня носила его завязанным на талии перед проведением важного кладбищенского ритуала. Платок следовало снять, завернуть в плотную бумагу и в полночь бросить на ближайшую могилу со словами: «Откуда смерть ко мне привели, туда ее отправляю. А ты, усопший, возьми да куда следует передай!».
Самостоятельно выполнить это задание Наташа не решилась и обратилась за помощью к подруге. Ира, поразмыслив, решила привлечь к выполнению ритуала любимого дедушку. Отставной полковник Николай Иванович, крепкий худощавый старик, вел активный образ жизни и охотно общался с детьми и внуками.
После работы девушки сразу же отправились к нему в гости. Чтобы не тратить времени зря, Ира начала с главного:
– Дед, тут такое дело: мы с Наташей на кладбище собираемся. Давай с нами!
Николай Иванович удивился:
– Спасибо, внученька, за предложение, но я еще пожить хочу. Да и вам вроде бы на кладбище рановато.
– Дед, не смейся, у нас дело серьезное. Наташе заговор на смерть сделали. Она уже в три церкви ездила, в каждой молитву заказывала. Сегодня в полночь нужно быть на кладбище, а мы сами идти боимся.
– Зачем на кладбище?
– Чтобы платок Наташин на могилу бросить.
– Слушайте, девушки, вы случайно не того? Умом не тронулись?
– Пока нет, но Наташа, похоже, уже на грани. Она неделю по ночам не спит.
– Так, а теперь подробнее про этот заговор. Говорите четко и ясно, кто, когда, за что и для чего.
Наташа только открыла рот, чтобы ответить, как Ира, привыкшая к манере общения родственника, уже отчеканила:
– Гражданская жена ее жениха Марина; неделю назад; за то, что Саша на Наташе жениться хотел; для того чтобы Наташа умерла и их счастью не мешала. Бывает же такое: они с Сашей пожениться собирались, а тут эта Марина неожиданно у него поселилась, Наташин номер в телефоне у Саши заблокировала, из друзей во «ВКонтакте» и в других соцсетях Наташу удалила, еще и заговор на смерть сделала.
– Подожди, не тарахти. А сам Саша что говорит?
– В заговор не верит, но Марину оправдывает. А Наташа белый платок три дня носит, сегодня срок истекает и в полночь на кладбище надо. Дед, пойдем, а?
Николай Иванович помолчал и повернулся к Наташе.
– Что, вы вправду с ним пожениться собирались?
– Да, в тот день кольцо должны были купить. Я сама выбирала. Только он не пришел.
– А красивое кольцо-то?
– Да, очень.
– Дорогое?
– Двадцать тысяч.
Николай Иванович вышел в соседнюю комнату, долго стучал и шуршал чем-то за дверью, потом вернулся и протянул Наташе сложенные купюры.
– Езжай за кольцом.
– Как?
– Так. Купи кольцо и возвращайся с ним сюда. На кладбище мы не пойдем. Я знаю, как заговор с тебя снять. Ну, чего стоишь?
– Спасибо! Я сразу верну! У меня на свадьбу деньги отложены.
– Не суетись. Когда сможешь – вернешь. А для тебя, Ира, тоже задание есть: будешь праздничный стол готовить. Вот тебе на расходы. Сейчас список продуктов составим.
Когда Наташа вернулась, прижимая к груди пакетик с заветной коробочкой, стол уже был накрыт и притягивал взгляд продуктовым изобилием. Около каждого прибора блестели хрустальными гранями фужеры и стопочки.
Девушки приготовились сесть за стол, но Николай Иванович их остановил:
– Рано. Сначала подготовительную работу провести нужно. Доставай телефон, Наташа. Откуда, говоришь, тебя из друзей удалили? Вот теперь из всех этих мест Александра убирай и номер его блокируй.
Наташа выполнила указание старого полковника, без сожаления разорвав последние непрочные ниточки, связывавшие ее с неверным возлюбленным. Николай Иванович удовлетворенно кивнул, плеснул на самое дно стопочек пахучего французского коньяка и скорбным голосом произнес:
– Сегодня в социальных сетях и виртуальном пространстве скоропостижно скончался Александр Синцов. Почтим его память, но вставать не будем.
Ирина хмыкнула, а по исхудавшему лицу Наташи медленно покатилась одинокая слеза. Николай Иванович снова налил всем немного коньяка:
– Не плачь, слезами горю не поможешь. В связи с виртуальной кончиной Александра Синцова объявляю Наталью Белянскую его вдовой. Надевай кольцо, Наташа! Носи и помни, что не всем людям доверять можно.
Потом Николай Иванович подвинул к себе бутылку шампанского и провозгласил:
– В связи с вышеизложенным заговор на смерть Натальи Белянской будем считать недействительным. Заговариваю тебя, Наташа, на жизнь – радостную и счастливую!
Пробка звонко ударила в потолок, возвещая начало новой жизни. Наташа уплетала пироги и салаты и украдкой поглядывала на левую руку, где маленький бриллиант во «вдовьем» кольце вспыхивал разноцветными искорками. Голова у нее кружилась от шампанского или от какого-то нового, незнакомого чувства, которое трудно выразить словами.
Зато Наташа уже не боялась ночи и в первый раз за эту неделю спокойно проспала до утра.