И слава надоест.Одни стихи врачуют.Ничто не страшно.Много счасть у нас.Иуды в крылья демонов целуют.Но сребреников им никто не даст.
Тонки дожди, как голосок у флейты,Как тень моих печально-юных доль.И Рождество пришло.И лица наши бледны.Высокий крик застыл на ноте соль.
«С ролью мне опять не повезло…»
С ролью мне опять не повезлоВ чёрно-белом жизненном спектакле,Чтобы различать добро и зло,Меж которых кровь цветёт по каплеНа стекле часов, живых пескомИ как будто в капельницах белых,Из Пути течёт так молокоВ черепа прапращуров оселых.
И зовут, вздыхая надо мной(Будды мешковаты, будни бедны),Издавна освяченной водойИ пасхальным запахом обедни.
Только материнка и полынь.Только матери – не матерится.И достойной не было войны,Чтоб упасть в ней – как воды напиться.
Старою волчицей ходит страх,Пустота – паяцем престарелым,На берёзах красная кораВспоминает журавлей несмело.
Правда в маске.Маска вся в грязи,Как щетина хортицкого мачо.Искренней ощеренности дни,Где душа уж ничего не значит.
Вот пройдём, растаем в забытьи.Облака над нами умирают.Тает лёд в калиновой крови…Мавки научились – и стреляют.
«Звоните мне, когда захочется…»
Звоните мне, когда захочется.Я буду нежным, словно снег.К солёной пасеке ПророчицыЯ возвращаюсь ото всех.
Мой первый путь как небо звёздное,Второй – закончится крестом,А третий – сеян ветра зёрнами.Печалей – стихотворный том.
Они смеются, оголтелые,И в чёрной дрожи бьётся плоть.А я оставлю свету беломуРябины сказочной тепло.
Под когтем вынесут журавликиМою отчизну в тёплый край.Издалека пою куражливоТо ли «прости», то ли «прощай»…
Тоску оставлю терпко-кислую,Немного шуток и грехов.И променяю гору ЛысуюЯ на объятья поездов.
Кому-то вечно будет маритьсяЛюбовь моя в глухих громах.Лишь сердцу биться и не каяться…А в прошлом корчится зима.
А позади просторы стелются,И кровь свободная, как дух.Я буду нежным, как метелица,В эдемско-адовом саду.
«…Бескрайняя убогость деревень…»
…Бескрайняя убогость деревень —Мелодия бездомности над нами.И жить, и умирать – такая леньВ просторе между мамами и львами.
И города птенец, бетон села —В моей слезе, что на Днепре разведена.О судьбы, судьбы – капелька с весла.Не люди, только судьбы есть поэтами.
А мы живём под небом просто так.От истины – для рая – отрекаемся.Разбойники по двум бокам Христа.Кресты растут по всем углам бескрайности.
Весенний мотив
В гнезде качается птичья семья,Ей майская ночь – спасенье.Сияют звёзды лишь для себя.Мне светят только деревья.
Далёко-далёко… в твоих очахКостры догорают предков,Смеётся оплавленная свечаНад молодою соседкой.
В росе отражённый Чумацкий Путь…Мечты позабыто тлеют.И космодромам полей не вернуть…Дожди нас небом засеют.
«Речка засеяна цветом-снегом…»
Речка засеяна цветом-снегом.Стихи.Поцелуи.Мир…Совсем недавно ещё я бегалС папоротником в крови.
Бурю посеял.Солнце катилось.Осень пришла – не жаль.Нежные вздохи… только не милой.Зори как блеск ножа.
Так и не поняли мы друг друга.Речка текла-текла…Как журавлей провожаем.Знаю:Любовь настоящая… зла.
«Вот иду я по прямой дороге…»
Вот иду я по прямой дороге,В тихом свете дня судьбу пою.И планета катится под ногиЧистому и буйному коню.
Одинок я в трёх вселенных сразу…Я у стал…И что мне жизнь моя?Золочёной огненной гримасойЗапеклась улыбка по краям.
Мне нездешний ветер задал трёпку.Давнюю я вспомнил тишину.Счастье перепробовал, как тропкуКак слепой, нащупывал струну.
Знаю, что не победил я Долю.Но не победила и она…Слышу я дыхание пистоля,Из которого ромашка расцвела…
«Ищет мир, кажись, в нас злую истину…»
Ищет мир, кажись, в нас злую истину,Странную, как тьма иль розы свет…Нас – ветрами мёртвыми освистанных —Во Вселенной нет…