МАША. Ты хочешь сказать, что я трус, сбежала из страны и теперь не имею права их судить?
МЭРТ. Нет, я так не думаю.
МАША. А как ты думаешь?
МЭРТ. Я думаю, что ты очень красивая…
МАША. Нет, не увиливай. Мэрт, я трус?
МЭРТ. Нет, что ты… Ты не трус. Но, я думаю, тебе нужно поменьше думать о революции…
МАША. Тебя слово «революция» так пугает?
МЭРТ. Нет, просто пойми меня правильно: я за гуманные революции. Например, экозащитники – они тоже революционеры отчасти, они защищают природу, но они находят такие способы протеста…
МАША. Это другое, Мэрт! Когда ты защищаешь деревья, ты правильный и хороший. Когда ты защищаешь свободу, для очень многих ты становишься сумасшедшим, пятой колонной, продажным либералом! Мы должны своим примером показать, что такое для нас наши идеи. Что это ОНИ – только за деньги, а мы – нет. Нас не сломить, потому что борьба – это и есть наша жизнь…
МЭРТ. Ложись спать, мой борец…
85
Ночь. Маша стоит у берега моря, в абсолютной темноте. Смотрит на проходящие где-то далеко корабли – светящие точки, думает о чем-то, слушает шум волн.
86
Мэрт и Маша завтракают.
МЭРТ. Очень вкусно.
МАША. Правда?
МЭРТ. Эй, я тебя когда-нибудь обманывал?
В дом Мэрта заходит мать. Она нарочито не замечает Машу. Мать и Мэрт говорят по-эстонски.
МАТЬ. Здравствуй, Мэрт.
МЭРТ. Привет! Будешь завтракать с нами?
МАТЬ. Нет, спасибо…
МЭРТ. Мама, если ты приехала читать мне нотации, то не стоит тратить свое время.
МАТЬ. Я приехала напомнить тебе, что послезавтра у отца юбилей.
МЭРТ. Я помню.
МАТЬ. Мы ждем тебя к семи.
МЭРТ. Отлично. Мы с Машей обязательно приедем.
МАТЬ. Ты собираешься приехать на юбилей отца с ней? Это невозможно, Мэрт!
МЭРТ. Почему?
МАТЬ. Потому что мы любим Пирит, как родную дочь. И если ты сошел с ума, то мы пока еще в рассудке! Ноги этой русской проститутки в нашем доме не будет!
МЭРТ. Тогда и моей ноги не будет в вашем доме, мама.
МАТЬ. Что? Как ты можешь? Это же твой отец!
МЭРТ. А это – твоя будущая невестка.
МАТЬ. То есть тебя не ждать?
МЭРТ. Нет.
Мать молча разворачивается и выходит из дома.
Маша задумчиво смотрит в окно.
МАША. Почему я русская проститутка?
МЭРТ. С чего ты взяла? Она не об этом говорила.
МАША. Даже я знаю, что значит vene prostituut.
МЭРТ. Так! Мы же собирались ехать в город! Давай собирайся!
87
Маша с Мэртом идут по Старому городу, взявшись за руки. Уличный музыкант играет какую-то очень романтичную мелодию, как будто специально для них.
88
Маша выходит на площадку и видит свою старую знакомую – чайку.
МАША. Привет, подруга! А мы купили тебе булку! Будешь есть?
Маша кормит чайку хлебом. Чайка жадно вырывает у нее куски прямо из рук.
МАША. Ты стала совсем ручной и толстой. И полет тебя больше не интересует…
МЭРТ. Маша.
Маша оборачивается. Мэрт стоит перед ней на одном колене. В руках у него коробочка с кольцом.
МАША (хохочет). Мэрт, ты с ума сошел?
МЭРТ. Ты согласна?
МАША. Мэрт, немедленно встань!
МЭРТ. Ты согласна?
МАША. Господи, я согласна, согласна, только встань!
МЭРТ. Я люблю тебя.
Мэрт встает, надевает Маше на палец кольцо.
МЭРТ. Тебе нравится?
МАША. Вроде красивое… Никогда не носила колец.
МЭРТ. А это будешь носить?
Маша улыбается Мэрту своей детской, невинной улыбкой.
89
Маша в доме Мэрта. Долго смотрит на дисплей своего телефона. Наконец находит в списке контактов абонента «мама», набирает его.
МАША. Алло… Мама, как ты? (Пауза.) Мам, ты не хочешь со мной разговаривать? Почему ты молчишь? Алло… Нет, мама, по телевизору соврали, я не оскверняла святыню Победы, эта акция была совсем про другое… Мама, подожди, я хотела сказать, что…
Маша в ярости бросает телефон на кровать. Из трубки слышатся длинные гудки.
90
Мэрт в своем офисе, просматривает какие-то бумаги. В кабинет заходит мать.
МЭРТ. Нет, я не поменял своего решения…
МАТЬ. Мэрт, я всю ночь не спала… Мы поговорили с отцом. Ты – наш единственный сын. Ты знаешь, как долго мы тебя ждали, как мы тебя любим. Пусть будет по-твоему. Мы ждем тебя на юбилей вместе с Машей. Мы постараемся поладить с ней.
МЭРТ. И говорить в ее присутствии мы будем по-русски, чтобы Маша все понимала.
Мать поджимает губы. Видно, что она вне себя от негодования, но отвечает Мэрту с эстонской сдержанностью.