Выбрать главу

На русский язык перевел балладу «Томас Рифмач» Самуил Маршак.

Над быстрой речкой верный ТомПрилег с дороги отдохнуть.Глядит: красавица верхомК воде по склону держит путь.

Так вот, согласно поэтическим сказаниям, обитая среди людей, Томас Рифмач запомнился им своими предсказаниями. Он предрекал войны, смерти видных особ, включая королей, и даже пророчил, что Шотландия заключит союз с Англией (с которой в ту пору воевала, и противостояние растянулось на столетия).

По другому преданию, Томас Рифмач не умер, а ушел за двумя белыми оленями – и пропал из мира живых. Оленей якобы прислала за менестрелем королева фей, полюбившая его за стихи и песни. Волшебные животные показали ему путь к чертогу королевы. В некоей параллельной реальности Томас Рифмач до сих пор поет для королевы фей и ее свиты, а они вечно наслаждаются его искусством.

Михаил Юрьевич был уверен, что происходит из рода этого певца-сказителя. Спустя восемьсот лет в этом не усомнились официальные лица и деятели культуры из России и Шотландии.

Замысел «вернуть» Михаила Юрьевича на родину предков возник у россиянки Марии Королёвой. Его поддержали шотландцы: председатель Общества поэта Томаса Рифмача Гвен Харди и глава совета Эрлстона Джон Пейтон-Дей. Бронзовый бюст для эрлстонского сквера изготовил московский скульптор Степан Мокроусов. Он работал бесплатно, «за идею»; инициаторы собрали деньги лишь на покупку бронзы для изваяния. Установку памятника в Шотландии приурочили к 200-летию со дня рождения Лермонтова, которое отмечалось в 2014 году (об этом рассказывалось на сайте Генерального консульства России в Эдинбурге, столице Шотландии). Год спустя, в день рождения поэта по старому стилю, бюст Михаила Юрьевича был открыт под аккомпанемент русской и шотландской народной музыки, песен на стихи Лермонтова, его текстов на русском и английском языках. В церемонии и культурной программе участвовали официальные лица, в том числе Андрей Прицепов, тогдашний генеральный консул России в Эдинбурге.

Эрлстон – весьма литературный город. Говорят, что в Эрселдуне после ухода Томаса Рифмача поэзия осталась неотъемлемой частью жизни. Потому население городка было только радо увековечить память Лермонтова. Конечно, не без умысла: в Эрлстон стало приезжать больше русских туристов. Но и заведомое уважение местных жителей к творчеству нельзя сбрасывать со счетов…

Так, спустя двести лет после физической смерти, Михаил Лермонтов, никогда в реальности не посещавший Шотландию, «ступил» на землю пращуров.

Удивительно: сам Михаил отродясь не сомневался в шотландских корнях по отцовской линии, притом что «отцовский дух» из мальчика искореняли решительно. Мария Михайловна Арсеньева вышла замуж за Юрия Петровича Лермонтова, не достигнув возраста семнадцати лет. Слабая здоровьем молодая женщина скончалась, когда ее единственному сыну было два годика. Миша рос без матери и фактически без отца, хотя тот дожил до 1831 года (до семнадцатилетия гениального отпрыска). После смерти Марии Михайловны ее мать, строгая и властная Елизавета Алексеевна Арсеньева, урожденная Столыпина, заставила Лермонтова отдать ей внука на воспитание. То ли потому, что дочка совершила мезальянс, то ли просто оттого, что была старуха кому бабушка, а кому теща… Елизавета Алексеевна никогда не уважала зятя. После рождения внука, например, настояла, чтобы мальчика в честь деда нарекли Михаилом, тогда как в роду Лермонтовых «наследными» именами были Юрий и Пётр. А после смерти дочери завела тяжбу с зятем за Мишу, пустив в ход неоспоримый для небогатого Лермонтова аргумент – огромное состояние Столыпиных. Вырос Михаил, фактически не зная отца, провел детство в бабкином имении Тарханы Пензенской губернии. С Юрием Петровичем в нежные годы он не имел возможности общаться, пока не подрос и не поступил в пансион. А вскоре после того отца не стало. Умер Ю. П. Лермонтов 1 октября 1831 года и был погребен в селе Шипове Тульской губернии. К слову, в 1974 году его прах перевезли в Тарханы и перезахоронили на сельском кладбище рядом с церковью Михаила Архистратига, но не в семейном склепе, где покоятся бабушка, дедушка, мама и Миша. Отец как был при жизни «отрезанным ломтем», так и в смерти остался. Недаром Михаил обратился к нему в стихах со словами: «Ты дал мне жизнь, но счастья не дал; Ты сам на свете был гоним…» Это стихотворение родилось после похорон отца, которым суждено было стать одной из считаных «встреч» отца и сына.