– Он с другого входа.
Начинается открытие. Меня опять клонит в сон… Увы, спать нельзя: я сегодня ещё и фотограф. Ректор, какие-то иностранные гости, потом декан… Вынесли хлеб-соль… Подарки… Гигабайты памяти наполняются снимками. Записывать выступающих на диктофон уже нет возможности. К счастью, программа от Дениса у меня в сумке.
Фотографировать в последнее время мне нравится всё больше. На цыпочках хожу между рядами, наклоняюсь, чтобы не мешать людям, а иногда, для пущего эффекта, сажусь на лестницу у сцены. Зеркалка на шее, волосы, чтобы не мешали, забраны в хвост – настоящий папарацци.
– Саш, – подкрадывается откуда-то сзади Денис. – Всё нормально?
– Да, – говорю. – Всех сфоткала уже.
– Сделай побольше кадров, плиз. А то скоро пауза. Разбегутся все.
Как только объявляют перерыв, зал действительно сразу пустеет. Всем хочется попробовать бесплатные сладости.
Выхожу за толпой.
У дверей зала установлены парты, которые ломятся от яств. Кофе, печенье, чай.
– Тебя где носит? У нас пресс-подход, – хватает меня за руку Катя.
Катя работает в отделе Дениса и занимается как раз организацией мероприятий. Всё, что мы наблюдаем сегодня, – плод её труда. Денис только координирует процесс.
– А Ксюши не будет, что ли? – ищу глазами другую коллегу. – Если пресс-подход, то где она? Не вижу её.
– Она приболела немного.
– Угу.
Возле стенда, на фоне которого недавно с таким удовольствием фотографировались студенты, улыбается ректор. Рядом с ним – тесный полукруг из журналистов. Пробраться сквозь кольцо операторов и никого не задеть – целое искусство. Чуть-чуть наглости тоже не помешает. Аккуратно орудуя локтями, проникаю в самый центр. Кто-то наступает на ногу. Да что ж такое, кроссовки новые! Но возмущаться так, как я это обычно делаю в транспорте, не решаюсь.
Увидев меня с камерой, Пётр Александрович сразу поворачивается всем телом. Молодец, знает, кому позировать.
Подходят иностранные гости.
– Друзья, наш пресс-подход можно считать открытым, – анонсирует Денис. – Слово предоставляется ректору.
– Господа журналисты, – откликается тот заученной фразой. – Мы рады приветствовать вас в стенах нашего университета. Наш фестиваль посвящён весне. Сегодня мы покажем три фильма, где так или иначе снято это прекрасное время года. Каждый из них специфический, оригинальный. В создании фильмов участвовали выпускники нашего факультета искусств, в здании которого мы сейчас находимся. Мы благодарны нашим иностранным гостям. Они приехали для стажировки на этот факультет. И любезно согласились посетить мероприятие. По итогам на факультете состоится международный коллоквиум. И там все картины мы будем обсуждать. Наверно, это всё… Ждём ваших вопросов.
– Как возникла идея фестиваля? – тут же интересуется девушка, стоящая рядом со мной.
– Понимаете, у нас факультет искусств. Мы готовим режиссёров, кинокритиков, сценаристов. И решили показать, на что способны выпускники. К сожалению, они прийти не смогли. Но мысленно сейчас с нами.
– А что за фильмы, кто снимал? – спрашивает интеллигентный парень в очках.
– Обо всём этом вы можете узнать из нашей программы. Если вам не досталось, обратитесь к Денису Михайловичу, он поможет. – Ректор делает жест в сторону моего коллеги.
– Вам понравилось открытие? – не унимается первая девушка.
– Конечно, мы всё организовали так, как запланировали.
– А не думали сделать фестиваль традицией? Его же впервые организовали?
– Мы обсудим это. Денис Михайлович, вы как считаете?
– Наверно, отличная идея, – улыбается тот.
– А как соблюдались авторские права? Для показа вам, наверно, требовалось какое-то разрешение? – ехидно смотрит на ректора бойкая журналистка с дредами.
Денис бледнеет. И выдаёт:
– Конечно, соблюдались, не сомневайтесь.
– А как именно? Есть разрешение от правообладателя? Кто является правообладателем?
– Девушка, мне кажется, этот вопрос немного по другой теме. Давайте поговорим о содержательной части, – вмешивается Пётр Александрович.
– Хорошо, – успокаивается она. – Во сколько обошлось финансирование?
Тут нервничать начинает уже сам ректор.
– Конкретную цифру я вам сейчас не назову. Во-первых, я её не помню. Во-вторых, это коммерческая тайна, уж извините. Поверьте, мы на каждое мероприятие урезаем бюджет до минимума.
Молчание.
Я давно уловила, что на провокационных вопросах общение с журналистами обычно заканчивается. Известные мне пресс-конференции только подтверждали это.
Все культурно ждут. Нужна пауза вежливости. Минуты через две Пётр Александрович радостно произносит: