Надежда пристально глянула на меня:
– А не ты ли развешивала объявления в лесопарке?!
– Я.
– Вот спасибо! В тот раз бездомную кошку загрызли собаки. Осталось шестеро котят. Я приклеила одно объявление на подъезд, но его через полчаса сорвали. Многие ненавидят животных, травят, а мне всех жалко. У меня чуть сердце из груди не выскочило, когда вдруг через пару дней начали звонить люди! Они говорили, что прочитали о котятах, что нужно спасти жизнь! Люди говорили, что увидели объявление в лесу! На скамейках! Четырёх котят я пристроила, а двух так полюбила, что оставила себе.
Надо сказать, что, слушая её взволнованную речь, я искренне обрадовалась. Теперь я знала телефон дворничихи Надежды. И ещё я поняла, что наши усилия не пропали даром: котята были спасены. Таких людей я встречала только на Кавказе, и вдруг – вот она предстала передо мной, добрая и хорошая женщина.
Возвращаясь с работы в приподнятом настроении, я уже от остановки услышала пьяные крики, доносившиеся из квартиры Тюки. В гостях у миротворца был Мошкин. Мужчины крепко выпили, и, заметив меня, Саша выскочил из кухни, как мальчишка, преграждая проход.
– Ах, Полина-красавица, я в тебя влюблён! Я обречён! Всё отдам, что имею, за взгляд твоих глаз! – кричал он. – Жить без тебя не могу! Ночами не сплю! Днями не ем!
– Но пить-то вы ещё можете… – не удержалась я.
– Я с горя пью водку, она мне как вода! – нашёлся правозащитник.
– Дядя Саша у нас давно, он пришёл с тремя бутылками! – сообщили дети.
– Заберу тебя к себе жить! – кричал Мошкин, едва держась на ногах.
– Сейчас же прекратите! – строго сказала я ему.
Он начал распускать руки. Повезло, что мне на выручку пришли Глафира с Христофором. Лев Арнольдович с лавки встать самостоятельно не мог и звал на помощь Марфу Кондратьевну:
– Голубушка-жёнушка, помоги отцу своих деточек в туалет сходить!
– Детям пора спать, – громко сказала я. – Хватит пить водку, расходитесь.
Саша, источая вокруг себя алкогольные пары, послушно поковылял к входной двери.
– Мошкин – известный на весь мир правозащитник! – возмутилась Марфа Кондратьевна, выскочив из кабинета. Моё последнее замечание её оскорбило.
– Да ну? Ваш знакомый алкаш – великий правозащитник? – насмешливо переспросила я. – Они со Львом Арнольдовичем ужрались до галлюцинаций, пока вы находились в Испании!
– Что?! – вскричала Марфа Кондратьевна.
Любомир и Христофор наперебой начали рассказывать матери, как дядя Саша ломал дверь в гостиной, а папа кричал, что они призраки. Тюка узнала правду о ночи, которую мы с детьми едва пережили. Но, услышав, что Саша Мошкин хочет забрать меня к себе, Марфа Кондратьевна решила, что называется, воспользоваться моментом:
– Стерпится-слюбится! Переедешь, Полина, в квартиру его сестры на следующей неделе. Мы с ним договорились.
– На улице лучше буду жить, – ответила я, но про квартиру сестры решила всё же разузнать.
Понадобилось сделать несколько звонков общим знакомым, и оказалось, что Тюка опять безбожно соврала. Трёхкомнатная квартира, две комнаты в которой были заперты на ключ (в них хранились вещи настоящей владелицы), находилась в Бирюлёве. Сестра Саши Мошкина со своим мужем и четырьмя детьми снимала комнатку в чужой квартире. Там же часто околачивался правозащитник Саша, туда же он мечтал привести меня.
– Владелица гонит нас на улицу, платить нечем. Ты, говорят, еду с работы приносишь? Будет еда? – с надеждой спросила меня в трубку сестра Мошкина.
Как только выяснилась правда, Марфа Кондратьевна запела по-другому:
– А я и не собиралась помогать тебе, Полина! У меня есть знакомые чеченцы, которым нужна эта квартира! Хозяйка их туда поселит, а эту гопоту выгонит! И не смей больше звонить никуда! Ишь наглая какая! Опять всё разнюхала! Да как ты вообще посмела туда позвонить?!
– Никуда не перееду! Мне деньги на лекарства для матери нужны! Из-за вас она ноги отморозила! Ждите, когда смогу снять комнату, – заявила я ей прямо в лицо.
В выходной я повела детей на фильм «Звёздная пыль» о ведьмах и ловцах молний. Христофор, Любомир, Глафира и Ульяна были в восторге. Из кинотеатра мы зашли в книжный магазин, где я купила им классические произведения о подростках, а себе выбрала книгу Анны Гавальды «35 кило надежды», листая которую хотелось смеяться и плакать.
По дороге домой позвонила маме.
– Дети в Бутылине тебя вспоминают, – сказала мама. – Любава, Катя, Гришка! Они получили посылки с игрушками и сладостями! Передают привет. Сосед Ворон тоже передаёт! Но у нас не без приключений.