– Макс, ну возьми себя в руки. Отметим юбилей, как люди, и поедем отдохнуть. Не сейчас, так на Новый год. Я хорошие путевки найду. И недорого.
– Вот-вот. Ключевое слово – недорого.
– Ну, дорого, хорошо. Возвращайся домой. Завтра поговорим.
– Так завтра уже наступило. Двойной праздник. Страны и мой. Так что имею право отметить его, как я хочу. Так? – Имеешь, имеешь… Только езжай домой, прошу. Завтра – гости, отдохнуть тебе надо.
– Пока, Инна. Круг замкнулся.
– Какой круг?
Максим не ответил, нажал «отбой». Еще немного посидел, потом вышел из машины, открыл багажник и достал скребок. Немного поскреб лобовое стекло. Потом опять сел в машину, завел мотор и тронулся с места. Ехал, не пристегиваясь. Он двинулся в сторону проспекта. Машин уже было немного. Дорога стало скользкой. Голова была тяжелой, но он старался сосредоточиться на дороге, даже не замечая, как сильно вцепился руками в руль. Максим инстинктивно сбрасывал скорость, он обычно не любил рисковать за рулем. Так он выехал за город. Сразу вслед за выездной стелой начиналась лесополоса. «Хендай» свернул с шоссе и встал на обочине. Уткин взглянул на телефон: зарядки оставалось двадцать с небольшим процентов. Он знал эти смартфоны – падение могло начаться с любого момента. В голове мелькнуло озорство вместе со злостью: когда еще отдавать долги, как не сейчас. Максим нашел в списке контактов фамилию Асеев и дотронулся до нее пальцем.
Ответили не сразу. Потом раздался сонный голос:
– Максим Васильевич, ты что ли? А что случилось.
– Да вот, день рождения у меня сегодня. Полтинник стукнул. Решил себя поздравить.
– Так это тебя должны поздравлять… Ты чего звонишь? Час ночи. Я в это время сплю уже.
– Нашел вот время. Хочу тебе сказать что-то.
– А завтра нельзя? Точнее, сегодня. Не ночью, а?
– Нет. Время икс настало. Короче, Петр Иванович, ты и раньше умом не блистал, а сейчас вообще отупел. Только начальству лизать научился и работу на других спихивать.
Пауза. Потом истошный шепот:
– Ты охренел?! Пьяный, что ли?!
– Да я и пьяный тебя, дурака, умней. Дай похамить, а то ты думаешь, что только тебе можно. Короче, ты наглый зажравшийся тип. И место твое, за которое ты всеми ручонками держишься, тебе досталось только из-за жополизства твоего. Больше у тебя достоинств нет.
– Ты все сказал?! Хватит уже?!
– Почти. И к девушкам молодым, козел старый, не приставай. Особенно к Юле. А то тебе рано или поздно челюсть свернут. И поделом. Все. Привет жене.
1 час 15 минут
Максим выключил телефон и отбросил его в сторону. Уткин изможденно откинулся на спинку. «Все, – подумал он, – жребий брошен, Рубикон перейден». Он поднял телефон: оставалось три процента, и аппаратик настойчиво требовал зарядки. Не будет тебе зарядки, хватит! Он вспомнил про ящик водки в багажнике. Захотелось встать, достать бутылку и засадить из горла. Но и этого он не сделал. Мысли внезапно остыли и стали холодными и твердыми, почти осязаемыми на ощупь. Максим достал из бардачка блокнот с прикрепленной ручкой, что-то крупно написал, потом оторвал первый лист и бросил его на заднее сиденье. Посидел еще немного, вглядываясь в лобовое стекло. Провел рукой по ремням безопасности, но пристегиваться снова не стал. «Танк, – вдруг подумал он, – танк с ящиком водки в багажнике». Ну и бог с ним, со стеклом и с алкоголем тоже!
Уткин снова завел двигатель, выехал на шоссе и максимально вдавил педаль газа. Автомобиль начал набирать ход, шум двигателя врывался в салон. Впереди, он знал, скоро будет резкий поворот, но он почти отпустил руль, неотрывно глядя вперед. Вот сейчас! И тут в мозгу у Максима словно что-то щелкнуло, он схватил руль и стал резко выворачивать его влево. Машину занесло на скользкой трассе, и он понял, что не справляется с управлением. В это время из-за поворота прорезался свет фар. Он очень быстро приближался. Судя по габаритам, это было что-то большое. И это огромное и темное было последнее, что видел Максим. Возможности уйти от удара у него не было.
4 ноября. 9 часов утра
Искореженный «Хендай» стоял на обочине под углом к дороге. Передняя часть машины была смята. Тут же на обочине чуть дальше скалилась побитыми фарами длинная фура. Возле легковушки переговаривались несколько человек. Женщина в сером длинном пальто, закутанная в платок, так, что видны были только нос и глаза, отошла от них и пошла вокруг машины. Все смотрели на нее. Через несколько секунд один из мужчин в форме подошел к ней:
– Вот здесь все и произошло. Он ехал на очень высокой скорости, где-то сто семьдесят. Очевидно, не справился с управлением: начало выносить на встречку, стал тормозить, но дорога скользкая, обледеневшая и вот…