Больше нет на картеМоего села.Я вступила в партию.Вот и все дела.
В краю забытых душ
в стране печальных рож,в краю забытых душ, я знаю,ты живешь и стонешь,Вечный муж.
покинутый давносвоей женой, детьми,ты веришь все равнов любовь между людьми.
как долог жизни дождь!как много в жизни луж!но ты, как прежде, ждешьи веришь, Вечный муж.
храня свою мечту,живя лишь ей одной,ты не заметишь ту,что Вечной есть женой.
уставши от всего,ты будешь просто жить,не ведая, когоза жизнь благодарить.
инстинкты приглушив,ты многое поймешьо тех, кто тем и жив,что ты еще живешь.
ты мне рукой сотрешьрастекшуюся тушь…я знаю: ты живешьв краю забытых душ.
Теория относительности
Я смотрю в окно: за окном темно.И не видно дна – лишь глазное дно.И не видно дня, лишь действительноВсе вокруг меня относительно.
И с позиции наблюдателя,Жизнь прошла меня по касательной.Выполняя безукоснительноЛишь теорию относительноСти-хо-сложного разложения,Где от «до» до «ля» – лишь движение!
И из этих вот из слагаемых,В обстоятельствах предлагаемых,Состою и я. И в мирах иных,Может быть, сейчас я слагаю стих.
И Филатов был, «чтобы помнили».Да – фотоны мы! Да – и волны мы!И реликтовым излучениемО «начальности» изречение.
Еще помнится, как мы квакали,Как квазары нам были кварками…Бог сжигал мосты. Будто ластиком,Постирал хвосты головастикам.
Телескоп ношу я вместо очков.Докторов вердикт для меня таков:То безумие, то прозрение —Расширение с ускорением.
Умирал нейрон. В свой последний час,Умирая, он отдавал наказ…Смотрит мозг в окно сквозь обскуру глаз,И свое кино крутится у нас…
Все идет по плану
Сегодня год, как тебя нет,И все идет по плану.Ты пропустил парад планетИ сбор марихуаны.
Сегодня год я не была,Оправдывать себя не стану,Там, где земля тебя взялаИ все пошло по плану.
Как море мертвое Арал,Теряя к жизни соучастье,Ты постепенно умирал,Надежду потеряв на счастье.
В коробке с белым потолкомОстановилось сердце робкоЕще не знавшего о том,Что вся Вселенная – коробка,
В которой год уже гниетЕго простая оболочка,И только мать, как прежде, ждетПрихода своего сыночка.
Задуло свечку на ветру.Залечит время раны.И я когда-нибудь к утруУмру – ведь все идет по плану…
На карантине
Сидя дома на карантине,Буратино пишет Мальвине(Он повязки сейчас шьет из марлиИ по почте их шлет папе Карле):
«Ты нужна мне, Мальвина, любая,Будь ты лысая, будь голубая.Я завел себе алабаяИ панк-рок по ночам лабаю.
Помнишь курточку на дерматине?Так я продал ее за полтинник.Отощал я совсем на мивине, —Так он жалуется Мальвине. —
Карабас подсел на спайсВ пансионате “Ананас”,Он разучил “Собачий вальс”И часто вспоминает нас.
Дуремар, ушедши в минус,Переехал на Ямал,Чтобы наш коронавирусТам его не доставал.
Лиса Алиса поймана полицией —Сейчас уколы делают в больнице ей.Базилио на самоизоляцииПоследние доел две консервации.
Артемон ушел в ОМОН,Говорит, что счастлив онИ ему, служа в ОМОНе,Лишь плюсы́ со всех сторон.
А я мечтаю о Соча́х,Там для меня горит очаг.Я тут, в Крыму, совсем зачахНа голых щах».
Маяковский
разучился ядоверять веснетретий год подрядты не пишешь мне.
третий месяц вижуя тебя во снев мартовскую жижупревратился снег.
третий час поюпеснь весеннююнет, мне и в раюнет спасения.
три минуты ждетпистолет в столетри секунды – вотменя больше нет.
научи менядоверять веснепоявись в дверяхприслонись к стене.
проведи рукойпо моей спинеподари покойв сказочной стране.
помоги понять,почему же мнесложно доверятьветреной весне.
Голоса провинции
Сергей Комин