К жизни в стиле Барби легко привыкнуть, а потом будет очень соблазнительно законсервироваться в уютном состоянии нарядной куклы, балованного и любимого ребенка, который получает все радости, какие только пожелает, а если не может получить, прибегает к капризам или хитрым манипуляциям.
Капризами взрослого супруга уже не пронять, поэтому приходится пускаться на хитрость: «Она пошла в поликлинику, к подруге юности, которая сделала ей аборт в шестнадцать лет, когда она залетела от поклонника. Купила справку со снимком УЗИ на первых сроках беременности. Прежде чем отпустить мужа к другу на открытие клуба, провела с супругом страстную ночь на прощание, как считала Ирина».
Манипуляция срабатывает – Артём не чувствует себя вправе уйти к Лере, бросив будущего ребенка да еще и подвергнув тяжелому стрессу собственного отца, и остается с супругой. Но Ирина, как неразумное дитя, не дает себе труда подумать, что будет дальше с их семьей – и будет ли семья, а не одиночество вдвоем? Очень велика вероятность, что ее ложь будет разоблачена, и это точно не кончится ничем хорошим.
Но, хоть Артём не может позволить себе соединить свою жизнь с Лерой – долг требует от него сохранять семью, – он все же стремится выйти за определенные неизвестно кем рамки если не в любви, то в чем-то другом: «Через два года после свадьбы неожиданно увлекся кладоискательством. ‹…› В гараже прибавилось безделушек и старинных вещей: монеты, кресты, предметы быта. ‹…› Строительством элитной недвижимости он почти не занимался, и начались конфликты с отцом. Иногда из уважения к отцу и ради приличия появлялся в офисе».
Трудно сказать, с чем связано подобное поведение – с детской прихотью или сознательным выбором взрослого человека. Возможно, если ответить на этот вопрос, можно будет определить с большей точностью, какая судьба ждет трех героев – три вершины любовного треугольника. Хотя кажется, что для Леры и Артёма все кончено, на самом деле все, вероятно, только должно начаться. Ведь и у Ирины есть свое прошлое, память об увлечении – или все же любви? – которой было неразумно дать волю.
Треугольник получает четвертую вершину, и конфликт, и без того довольно запутанный, усложняется многократно. Остается ждать разрешения.