Тише, тише, давай без любви…
В эфире
Я взял молчанье, тишину в эфире,Теперь меня не слышно никому.Спокойно посижу в своей квартире,Смирение дано мне одному.
В сети воюют и кричат поэты,А я пишу больные, но стихи.Понятно мне, где мухи и котлеты,И ясно мне, где духи и духи.
Сегодня
Во дворе белый запах мороза.Наберу два ведёрка угляИ начну новый день с БерлиозаУ печи посреди февраля.
Растоплю я кедровую баню,Приготовлю я ужин женеИ стихи о любви ей сварганю,Вот что близко и дорого мне.
«В подземной колыбели тишина…»
В подземной колыбели тишина,Ползёт змеёю ленточный конвейер.Мужская дружба здесь всегда сильна,Прохладой внеземной по шахте веет.Проходчик знает, знает каждый ГРОЗ,Что шахтная вселенная мгновенна.По квершлагу плывёт дизелевоз.И подвигов история бесценна.
Летом…
Летом в шахте так же, как зимой:Тот же воздух, почва, та же кровля,Бригадир такой же деловой!Думает, что все ему неровня.
А проходчик так же устаёт,Но глядит на всё он с оптимизмом,Девушку любую украдёт,Обладая бешеной харизмой.
Летом в шахте так же солнца нет,И вода в забое ледяная,Но шахтёр несёт жене букет,Бригадира матом вспоминая.
«На сонный берег января…»
На сонный берег январяУпала ночь, звезду ругая…Любви сорвались якоря,Чужая ты, совсем другая.
Как будто талая вода,Прошепчешь мне слова: Good morning.И уплываешь в навсегда,В страну разрушенных гармоний.
«Моя любовь замёрзла у реки…»
Моя любовь замёрзла у реки,И чувства зябкие – фарфоровые узы.А через душу проплывают сквозняки,Но жалят сердце мне как будто бы медузы.
Мосты зевают, и не спит Нева.Хрустальный ветер прозвенел и в небе скрылся.Я перед ней в трёх бедах виноват:Недолюбил, не позабыл, не спохватился.
«Под одеяло хочется твоё…»
Под одеяло хочется твоё…Холодный ветер с запахом Байкала.И дождь иркутский больше не поёт.«Иди ко мне», – тихонько ты сказала.
Неровный свет укутал тишину.Твоё дыхание ловлю губами.Под одеялом я твоим уснул,И шёпот наших тел плывёт меж нами.
«Удалила меня из Сети…»
Удалила меня из Сети.Что я, зуб больной, жуткая опухоль?Я заложник шахтёрской клети,Ты – заложница странной эпохи. Хоть
Расскажи, с кем живёшь вопреки?С кем встречаешь снега белой осени?Удалила меня. Свет рукиТвой погас. И хрипит двухголосие.
Холодная постель
Холодная постель – равнина без любви.Цветы погасли снов и ягоды эротик.Я приобрёл грехи, конечно, на свои.Ухаживал. Терпел следы твоих экзотик.
По-прежнему в тебе нет дыма без огня,И полуфразы слёз мне говорят об этом.Холодная постель укутает меня,Но, жаль, моя любовь останется раздета.
Полторы минуты
Ещё минуты полторы – и кончится весна.Июнь не промолчит о том, что бросила меня ты.Закончилась любовь. Пусты бокалы. Нет вина.Твой запах на моих губах – как лёд со вкусом мяты.
Но ты была! Ты здесь спала. И без тебя никак.Рычит в квартире тишина, и тлеет сигарета.Я помню твой последний свет и твой последний шаг.Переступив меня, ушла ты за границу лета.
«От меня ушла жена…»
От меня ушла жена,Пироги, пельмени – с нею.За окном моим лунаСтала чуточку стройнее.
Невзлюбил я тишину,Голодание, похмелье.Всё же я верну женуПосле виски в понеделье.
Чужое лето
Мне про тебя стихи писать нельзя,Твои глаза и имя под запретом.И сердце мне твоё с собой не взять,Ведь я же не хирург, чтоб сделать это.
Вернусь в свою никчёмную дыру,Работа, дом и паутина стресса.Но скрою от друзей и от подруг,Что целовался с лучшей поэтессой.