РОЗАНОВ. Весьма приятно. А это председатель научно-технического совета департамента Георгий Килькадзе. Килькадзе, не лапайте глазами чужую даму.
ЛИДА. Ничего-ничего, грузинский лапёж не самая плохая процедура. Тем более если лапёжник ничем другим не занят. РОЗАНОВ. Килькадзе, вас показательно макнули. Василий Никитович, вон ломик. Не разучились орудовать?
Прохоров поддевает ломиком крышку ящика. В нём лежит нечто, заваленное стружкой. На стружке письмо. Прохоров разворачивает лист. Читает:
«Уважаемый господин Прохоров! Мы просим вас делать платную услугу по итогам впечатления, которое вы произвели на стажировке. Примите наше изделие – последнюю разработку концерна. Её стоимость пять миллионов евро».
РОЗАНОВ. Всего-навсего?!
ПРОХОРОВ (продолжает). «Мы не меценаты, за этим изделием есть наш технологический интерес. В посылке разумный биоробот. Это РУССА – Роботизированный Универсальный Самопрограммируемый Секретарь-Автомат. Она имеет много функций. Посылка Руссы вам в Россию на один год есть итоговый акт её испытания в экстремальных условиях агрохозяйства «Светлый путь». Концерн будет благодарен вам за оценку качества изделия. Оплата вашей услуги и расходов – сто тысяч евро. Ваш куратор – департамент Розанова. Приставьте Руссе голову, потом управляйте пультом. Председатель совета директоров концерна «Дойчэлектрик» Курт Вассерман».
РОЗАНОВ. В их предварительном факсе то же самое. Ай да гансы! Надеюсь, этот свёрток – голова. Разверните.
Прохоров достаёт шар в упаковочной бумаге, разворачивает его. На свет является классическая голова арийской фрау с закрытыми глазами. Розанов приподнимает веко глаза:
Голубоглазка. У-тю-тю-тю, кисуля. Прохоров, не тяните кота за хвост. Приставьте это к её шее.
Прохоров приставляет голову к шее, торчащей из стружек. Щелчок.
ПРОХОРОВ. Готово.
РОЗАНОВ. Ау-у, фрау Дойчланд! Почему она вся в стружке? Где её тело?
КИЛЬКАДЗЕ. Я нэ могу быть в стороне, когда дэло касается тэла!
РОЗАНОВ. Первый доступ к нему – ваш, Килькадзе.
Килькадзе вынимает из ящика ворох стружек. Все замирают. Общий стон.
ЛИДА. Ой-ёй, коты мартовские! Бабу, что ли, не видели в натуральном виде? Ну-ка отвернитесь!
КИЛЬКАДЗЕ. Мама, зачэм ты меня родила на такие испытания?!
ЛИДА. Где тут одежонка… халатик и бикини… все-го-то-навсего? (Достаёт бикини-купальник. Надевает его на Руссу.)
А это что такое? (Подаёт мужу пульт управления. Розанов перехватывает его.)
РОЗАНОВ. Пульт управления. Та-ак. Разберёмся досконально. «Бытовые функции» – угу, понятно… «Чай, кофе для гостей» – недурственно. «Деловая переписка», «Силовая защита» – всё весьма полезно. «Культурная программа: песни, танцы на корпоративах» – отлично. О-о-о, какая шикарная кнопочка! Что бы это значило?
Нажимает кнопку. Русса садится в ящике.
ЛИДА. Ай!
КИЛЬКАДЗЕ. Держите меня!..
РУССА (Розанову). Шеф, я готова.
РОЗАНОВ. Прелестно, дитя моё. А к чему ты готова? РУССА. Вы распорядились. Иду, милый, я твоя.
Выпрыгивает из ящика, походкой матёрой манекенщицы идёт к Розанову. Присасывается к нему жгучим поцелуем.
РОЗАНОВ. Что за… м-м-м… уй-ди-и-и-и!
РУССА. Что вас смущает, шеф?
РОЗАНОВ. Ты что творишь, негодница… не здесь же! РУССА (расстёгивает ему рубаху, брюки, теснит к ящику).
Но почему-у-у-у не здесь?! Ты очаровашка. Я обожаю застенчивых.
РОЗАНОВ. Уберите эту секс-бомбу! Прохоров, немедленно!
РУССА. Не ломайся, пупсик. Ты же любишь свою крошку!
Валит Розанова в ящик на стружку.
РОЗАНОВ. Пошла вон, бандитка… по… помогите! ПРОХОРОВ. Какую вы нажали кнопку?
РОЗАНОВ. Синюю! Там написано… ай-яй… брысь… кыш! Прекрати щекотку… хи-хи-хи… там написано «Секс-обслуживание»! Скорей! (Бросает Прохорову пульт.) КИЛЬКАДЗЕ. У-у, какая женщина! БТР-самоходка! Но кому досталась?!
РУССА. Милый, зачем на тебе столько тряпок? Не вертись! (Раздевает Розанова.)
РОЗАНОВ. У-у-уй-ди! Насилуют!
Лидия пытается оттащить Руссу.
ЛИДА. Имей совесть, отстань от начальника!
РУССА. Он не начальник! Он мой Herr! Мой цыплёнок, почему твой механизм размножения такой вялый? Его надо поднимать массажем! (Делает массаж.)
РОЗАНОВ. Т-ты что вытворяя-а-аешь?! Василий Никитыч, скорей! Переключите её! На помощь!