Таков взгляд Владимира Бондаренко, который отмечал и то, что русскость Бродского оказалась не нужной ни русским патриотам, ни критикам либерального направления. Лично я в этот спор не вступаю…
На родине Бродский не бросал вызов власти, не проходил по списку диссидентов, но, тем не менее, власть чувствовала в нём чужака, скрытую «контру» и делала всё, чтобы вытолкнуть его за пределы страны.
писал Бродский в стихотворении «Развивая Платона». В конце концов его вытурили, и сохранилась фотография: аэропорт, где поэт неприкаянно сидит на чемодане. 4 июня 1972 года Бродский по израильской визе вылетел из Советского Союза и больше никогда не возвращался на родину, только в стихах хотел возвратиться на Васильевский остров.
«Туристом? – спрашивал Бродский. – На место преступления возвращаются, но не туда, где тебя унизили».
Вспоминал о родине? Исключительно иронически в «Письмах римскому другу»:
О Бродском издано много книг, и соревноваться с ними бессмысленно. Есть даже и такая: «Бродский среди нас», где воспоминаниями о нём делятся его друзья, знакомые и те, кто столкнулся с ним случайно. Выделим: Бродский – и женщины. Тема, конечно, клубничная. Но в данной книге так много серьёзного и даже рыдательного, что надо немного и расслабиться.
Итак, женщины. Они для Бродского были развлечением и спортом, но иногда брезжило и ожидание любви. Он не считал, что соблазнение влечёт за собой ответственность. Когда женщина его привлекала, он жил моментом и готов был сказать и сделать всё, чтобы её соблазнить. Иногда даже верил сам в своё чувство.
В его глазах любая привлекательная женщина, даже жена приятеля, была желанной добычей. Эта эротика была некоторым противоядием от страха смерти, любовь как продолжение жизни. С женщинами был ревнивым собственником. И, бросая женщину на полгода, потом удивлялся, что она вышла замуж за другого, и изображал из себя отвергнутого. С женщинами порой вёл себя цинично и безжалостно. У него были женщины на день, на месяц и год. Но в стихах его присутствует только одна женщина – Марина Басманова. Но у неё тоже был трудный характер, и в конечном итоге они расстались. Подробности в иных книгах…
У Бродского в стихотворении «Конец прекрасной эпохи» (декабрь 1969 года) есть строки:
Он не хотел «дёрнуть», его дёрнули и вытолкнули из страны. Он не стал «новым Христом», но стал Нобелевским лауреатом по литературе, и это оказалось достаточным, чтобы Бродского многие пожелали распять хотя бы словесно, от зависти к неординарному таланту.
25 мая 1984 года находящийся в Италии Андрей Тарковский записывает в дневнике: «Очень плохой день. Тяжёлые мысли. Страх. Я пропал! Я не могу жить в России, и здесь тоже не могу жить!»
Однако решение, к сожалению, вынужденное, всё же пришло, – и 10 июля на пресс-конференции в Милане кинорежиссёр объявил о своём выборе: остаться на Западе.
Трагедия целого поколения. Суслов, Андропов и другие высшие партийные чиновники перекрыли кислород творческой интеллигенции, запрещая спектакли, фильмы, книги, корёжа их цензурными требованиями. Многие творцы не выдерживали: спивались, кончали жизнь самоубийством, бросались в пучину эмиграции…
Покинул родину и Андрей Тарковский – и вскоре умер.
Обо всём этом ниже.
«Человек, который видел ангела», – такая надпись сделана на памятнике Андрею Тарковскому на кладбище Сент-Женевьев-де-Буа под Парижем. А можно на памятнике написать иначе: «Он увидел ангела, а жил рядом с дьяволом», – с безжалостным тоталитарным режимом.
Андрей Арсеньевич Тарковский – это миф, легенда, трагическая киносказка советского кинематографа, слава мирового кино.