– Спасибо, – руку я всё же приняла, хотя невольно вспомнила охотников, вернувшихся сегодня с вылазки.
Я помогала Тайке и вышла вместе с остальными, чтобы встретить их. Командир следопытов ничего не сказал, увидев меня, но в его глазах читалась откровенная неприязнь. Ему не понравилось, что новобранца взяли в Башню.
Тайка это тоже заметила и приказала ему позже зайти к ней. Но я боялась, что от её заступничества станет только хуже.
– Сола, тебя кто-то посмел обидеть? – спросил Гаррет, едва мы ушли вглубь сада.
– Нет! – поспешила заверить. Не хватало только, чтобы ещё он вмешался.
Единственный способ доказать остальным, что я на своём месте – это стать сильнее и безупречно выполнять свою работу. Тогда меня признают, или… хотя бы не смогут задеть.
Ради нашего с Лисёнком будущего я стану лучшей.
– Это из-за Шайгара? – в голосе генерала проскользнули рычащие нотки, словно он был драконом, а не фениксом. – Не бойся, я уже бросил ему вызов…
– Не стоит! – воскликнула, и порывисто схватила его за руку.
В том, что он победит не сомневалась, но дуэль из-за меня… Безумие!
– Мы уже поговорили. Не думаю, что с ним возникнут проблемы.
– Не думаешь? – Гаррет горько усмехнулся. – Сола, он не намерен отступать, и тот факт, что Шайгар посмел приблизиться к тебе после нашего разговора…
– Расскажи о Зеркале души! – взмолилась. – Я пыталась сама найти информацию, но в книге написан какой–то бред! Я ничего не понимаю! Почему вы оба готовы на всё ради меня?! Ладно ты, мы связаны прошлым, но Шайгар… что такого в этом Зеркале? Ради чего он готов настолько рисковать и даже сразиться с тобой?
Я запуталась. Окончательно и бесповоротно. Даже метки истинных пар сейчас казались логичнее, хотя к ним оставалось много вопросов. Я не понимала, почему из-за них маги, увидевшие друг друга впервые, должны моментально влюбиться.
Почему ради истинности нужно бросать того, с кем был счастлив до этого? Почему нельзя выбрать другого?
Для меня это было сказкой о принуждении. Красиво написанной, припорошенной сладкими речами о совместимости, но всё же бесконечно жестокой. Не бывает счастья без права выбора.
– Сола, как много ты успела прочесть? – спросил Гаррет, увлекая меня в сторону небольшой, уютной беседки.
Как только вошли внутрь, он накинул полог тишины. А я раскрыла книгу и зачитала вслух тот самый абзац о равновесии.
– Я ничего не поняла, – призналась. – Но… успела увидеть вначале твоё имя. Ты действительно сын Амадиса и Эльвиенны? – добавила сбивчивым шёпотом.
Голос сел. От одного имени Первого Владыки Бездны веяло мощной магией. Казалось, у меня нет права произносить его, но сейчас этот момент волновал даже сильнее Зеркал.
– Правда, – нехотя ответил Гаррет. – Я очень древняя душа. Теперь ты боишься меня?
– Нет, – растерянно улыбнулась.
Бояться уж точно не получалось. Смущаться? Сколько угодно. Теряться из-за него в догадках, робеть и кусать губы, вспоминая прекрасные сны…
Гаррет провоцировал на разные чувства, но страха среди них не было и в помине.
А вот Шайгара я боялась, несмотря на его слова о совместимости.
– Я намного слабее отца, – продолжил Гаррет, а я уютно устроилась в беседке.
Здесь были очень странные лавочки, в виде качель с мягкими сиденьями. Я впервые видела такое, но не стала возражать, когда генерал легонько подтолкнул меня, помогая раскачаться.
– Но Тени всё равно признавали во мне Владыку до тех пор, пока я не отказался от всего и не передал бразды правления брату.
– Значит сейчас Страж…
– Владыка. Но в Бездне этот титул означает не столько власть, сколько чудовищную ответственность. Он должен охранять реку времени, исполнять обязанности Смерти…
Перед глазами вспыхнули обрывки нашей встречи в лесу. Тогда я спросила кто он, и Гаррет назвался Смертью, словно по привычке…
– Раньше это было твоей обязанностью? – я переживала, что задаю опасные вопросы.
Он предупреждал, что о многом не может рассказать. Особенно, если это касается нашего прошлого….
– Да. И когда впервые увидел тебя, я был Смертью. Поэтому и не мог приблизиться, чтобы не навредить.
В его голосе послышалась застарелая боль. Некоторое время мы молчали, он продолжал раскачивать качели, а я слушала их мерный, едва уловимый скрип да шелест зачарованного ветра.
Мы всё же подошли к черте, и я тщательно обдумывала следующий вопрос. Желание узнать больше сводило с ума, теперь я не сомневалась, что даже правда о Зеркалах как–то связана с прошлым.
Это не просто совместимость, а нечто намного большее… То, что неведомо простым смертным. Поэтому мне и было так сложно понять смысл написанного в книге.