– Тогда к чему спешка?
– У меня действительно мало времени, поэтому сейчас обсудим главное, – уклончиво ответил, – Ангаарх – тень Тельрааха, одного из учеников Творца, воплощение его слабостей и грехов. Таких как он, в Бездне называют сосудами порока. Истинные Тени ненавидят их и презирают тех, кто использует этот метод для очищения своей души.
– Истинная Сила закаляется в противостоянии, – вспомнила слова, которые однажды сказала мама, – в мирное время не рождаются герои, а покой души иногда превращается в трясину для разума.
– Могущество и власть всегда идут под руку с соблазнами, – кивнул Гаррет, – тот, кто не способен победить собственные пороки и предпочитает избавляться от них с помощью запрещённых плетений, не заслуживает того, что имеет и не способен контролировать обретённую Силу. Так случилось и с Тельраахом.
– Я знаю, Ангаарх оказался ему не по зубам и сбежал, а после тысячелетиями прятался в низших малоразвитых мирах, поглощая их и накапливая магию.
Повелитель любил эту историю и каждый раз напоминал о ней перед тем как отнять мои крылья и Силу.
– Верно. Ангаарх стал самым могущественным Пожирателем миров за всю историю Паутины, – подтвердил Гаррет, и мне вдруг показалось, что в его голосе промелькнули нотки сожаления.
Он явно хотел поговорить не об этом, но мои слова о смерти и пророчествах сбили его с толку и, кажется, обидели.
А может он просто не мог понять, зачем я искала того, кто должен меня уничтожить?
Наверное, на его месте я бы тоже удивилась. Только как всё объяснить, пока не представляла…
– На счету этого монстра больше двадцати уничтоженных вселенных, но сколько он ни пытался, так и не сумел поглотить ни одну из Девяти Жемчужин, – продолжил Гаррет.
Про Девять Великих миров я знала немного. Все книги о Паутине и магии Творца хранились на секретных ярусах библиотеки и мне туда не было хода. Но из того, что удалось выяснить, запомнила главное: Девять Жемчужин – это столпы, на которых держится Равновесие миров.
Каждая Жемчужина хранила часть магии и души Творца, поэтому только они могли преобразовывать шальную и неукротимую магию Бездны в созидательную, и после делились этой Силой с другими мирами.
Если погибнет хоть одна Жемчужина, равновесие тут же пошатнётся и все миры Великой Паутины окажутся на краю гибели.
Пока размышляла, Гаррет разлил чай и мой нос уловил тонкий аромат мёда, липы и вербены.
Я обожала это сочетание. Но откуда он узнал об этом?!
– Это не совсем чай, – перехватив мой растерянный взгляд, генерал улыбнулся и в его янтарных глазах вспыхнули весёлые искорки.
Манкие, чарующие… Я и сама не заметила, как невольно подалась вперёд, сокращая расстояние между нами. Но моментально опомнилась и отпрянула, успев схватить чашку.
– Спасибо… – прошептала, не зная куда деться от смущения.
Присутствие Гаррета действовало на меня странным образом.
Каждое движение гипнотизировало, каждое слово казалось особенным и наполненным тайным смыслом, а хриплый голос и улыбка сводили с ума, заставляя плавиться в огне догадок и запретных желаний.
Безумие, наваждение…
Я надеялась, что это как–то связано с его магией Тени и вскоре я привыкну, а может и научусь закрываться от него. А пока чувствовала себя кроликом, сидящим напротив удава.
Надо признать, удав был редким красавцем, да ещё и готовым защищать своего кролика, но это не особо спасало ситуацию.
– Эликсир фениксов для каждого раскрывается по-своему. Он поможет тебе восстановить силы, – Гаррет сделал вид, что не заметил моих душевных терзаний и метаний. – Я приготовил и для Лораны, – сообщил он, поставив на стол небольшой флакон. – Ядвига расскажет, как им пользоваться.
Я едва сдержалась, чтобы тут же не спросить и про загадочное лекарство, способное исцелить слепоту сестры. А ещё очень хотела узнать, почему Гаррет так заботится о нас.
Но в последний момент всё же прикусила язык, нужно сбавить напор. Лучше подождать, пока сам всё расскажет. Он и так не настроен юлить и молчать.
– Спасибо! – ответила, спрятав заветный флакон в карман.
А после сделала глоточек эликсира. Он и впрямь напоминал мой любимый чай, хотя и оказался более терпким. Зато великолепно согревал и бодрил с первого глотка.
Гаррет не торопил, давая мне время насладиться напитком и даже старался не смотреть, чтобы лишний раз не смущать. Но это не помогло. Мне с лихвой хватало и собственной фантазии.