Цветы в саду, туманное марево заката и лучи рассвета, просачивающиеся сквозь купол Тысячи смертей.
Небо в столице было мрачным, затянутым чёрной магией Ангаарха. Но временами, когда Сила отца ослабевала от ран или после использования мощных плетений, мне удавалось увидеть отблески настоящего солнца.
Я бережно хранила эти воспоминания, и всякий раз спешила к Лоране, чтобы поделиться уникальным зрелищем. Из-за этого она в шутку называла меня Ловцом солнечного света…
– Маркус, ты знаешь язык Бездны? – спросила.
– Увы, – вздохнул парень, – это за гранью моих способностей. Можно усвоить основную информацию о кланах, научиться здесь выживать, если духи–хранители сочли тебя достойным. Но выучить диалект Бездны невозможно. Она сама решает, кому открыть эти знания.
– Жаль… – вздохнула.
Я хотела сама дать Лисёнку новое имя. Особенное, сотканное из флёра запретной мечты и наших воспоминаний.
Идущая за солнцем…
Именно надежда и страстное желание однажды увидеть настоящее солнце позволили нам продержаться так долго. Оно стало для нас символом свободы. Ведь его лучи освещали целый мир, но никогда не проникали в царство вечной боли и тьмы…
– Ладно, спрошу позже у кого-нибудь из Теней. Лисёнок, ты готова? – я села на скамью и положила ладони на плечи сестры.
Какая же она худенькая, тоненькая, почти эфемерная! Но в хрупком теле скрывалась сильная душа. Я не сомневалась, что она сумеет всё преодолеть. А я сделаю всё, чтобы помочь ей.
– Готова! – Лорана решительно кивнула.
Прошептав короткое заклинание, сильнее сжала её плечи, делясь вначале тем, что увидела по дороге в лагерь: осколками старого мира и набросками Творца. Я знала, что Лисёнок оценит и её восторженный вздох стал мне лучшей наградой.
– Это наброски мира, о которых говорил генерал, – пояснила я, – мы проплывали мимо…
– О–о–о–о… Я тоже обожаю этот участок пути! Во время вылазок прошу место у кормы, чтобы полюбоваться нереальной красотой, – оживился Маркус. – Жаль, на этот раз я был без сознания! Ну, что поделать, надеюсь, ещё наверстаю упущенное.
Я невольно улыбнулась. Его задор оказался на редкость заразительным.
– Но, поверьте, это не единственные красоты Бездны, – заверил, перейдя на заговорщический шёпот, – есть ещё…
Бам! Бам! Бам!
Дикий, оглушительный грохот раздался внезапно и окружающий мир утонул в ослепительном сиянии. Я моментально развеяла иллюзию и сгребла Лорану в охапку, закрывая собой. Хотела призвать щит, но…
– Успокойтесь! – воскликнул Маркус. – Это не тревога!
– Что происходит?!
– Страж… – воскликнула Лорана. – Я чувствую его магию…
– Акен и мессир Рубинового Пламени закрывают Грань, – Маркус указал на обсидиановый осколок.
Ещё недавно он был чёрным как ночь, но теперь сквозь клубящееся марево просматривались металлические блики. Словно по лезвию клинка стекала чернильная тьма…
– Сол… Сарвияна, – сестра чуть не назвала меня настоящим именем, но вовремя исправилась. – Я тоже хочу увидеть, что делает Страж!
– Минутку… – я быстро набросила на нас плетение двойного зрения.
Как раз вовремя.
Грань утонула в сиянии пурпурного пламени и в сполохах серебряных искорок. Они напоминали огромные цепи, оплетающие осколок, в то время как огонь выжигал тьму.
– Чёрные Грани – это активные порталы, отравленные ядом чудовищ Паутины, – пояснил Маркус, – проще говоря, те, которые твари взяли под контроль и используют прямо сейчас. Серебряные осколки – это запечатанные и неактивные Грани, они не опасны до тех пор, пока не начнут менять цвет или звенеть.
– Выходит, прорыв можно заметить заранее? – уточнила, неотрывно наблюдая за работой мессира и Стража.
– Всё не так просто. Иногда Грань может раскрыться за несколько секунд, а в другой раз будет раскалываться несколько часов, а бывает даже и дней. Это невозможно предсказать, но чем дольше формируется разрыв, тем больше тварей он скрывает.
– А этот…
– Судя по ауре он случился за пару минут. Тварей очень мало, практически нет шлейфа.
– Что такое шлейф? – уточнила Лорана.
– Ртутные озёра рядом с гранью называют флёром или шлейфом. Это мелкие разрывы, сопровождающие основной раскол. Чем их меньше, тем проще закрыть Грань. К слову, вы успели запомнить магию разрыва?
– Д–да… – неуверенно отозвалась сестра. – Но её так много и столько всего намешано...