Михара достал тетрадь и снова проверил расписание пассажирских самолетов. Рейс агентства «Нихон» из Ханэды в 8:50 прибыл в Итадзукэ в 12:30. От Итадзукэ до Тэндзин-но-мати сорок минут на машине. То есть она успела бы.
Изучив всех женщин из круга общения Минэоки, подходящую кандидатуру не нашли. Но если женщина была из Хакаты, то друзья и знакомые Минэоки могли о ней и не знать. Если Минэока купил для нее проездной, то женщину будет нетрудно найти – так решил Михара.
Она живет в Фукуоке или окрестностях. Она работает. Ее место работы – в пределах линии Ниситэцу.
Проездные бывают учебными, рабочими и обычными. Она вряд ли учится, поэтому наверняка работает где-то на линии Ниситэцу.
Судя по показаниям горничной из гостиницы Сагами, она работает в развлекательном учреждении, то есть, может быть, в японском ресторане или баре в Фукуоке.
Если Минэока покупал проездной, то в отделе продаж «Ниситэцу» сохранилось бы заявление на ее имя от седьмого февраля.
«Попрошу сыщика Торигаи проверить».
Все или ничего. Михара допил кофе.
Но здесь снова возник вопрос относительно пленки. Понятно, что Сюити Минэока стоял у стойки проездных, но как тогда он сделал фотографии?
Идеальное алиби. Судя по кадрам на пленке, он стоял у святилища Мэкари в полночь между шестым и седьмым февраля.
«Однако что, если ритуал снимал кто-то еще? – подумал Михара. – Может, тут тоже есть сообщник?»
Они могли встретиться заранее, и сообщник взял камеру Минэоки. В таком случае не надо было продумывать, как изменить порядок кадров. Сообщник сделал восемь снимков святилища.
Тогда Минэока отправился из Ханэды на рейсе «Мунлайт» в 1:30 и прибыл в Итадзукэ в 5:10, после убийства на озере Сагами. Сообщник ждал его в Модзи или Кокуре. Минэока прибыл в Кокуру на поезде из Хакаты в семь утра или половину восьмого. И в этот момент сообщник передал ему камеру. В восемь Минэока добрался до гостиницы «Дайкити» в Кокуре и на оставшиеся кадры снял девушку из гостиницы. То есть так можно было объяснить фокус с пленкой.
Такого человека вполне можно считать сообщником, раз помогал обеспечить алиби Минэоке. Но кто бы это мог быть?
Однако это всего лишь догадки. Раньше Михара и не думал о сообщнике Минэоки. По логике это можно было предположить, а вот интуиция молчала.
Скорее всего, Минэока один виновен в убийстве на озере Сагами. Сбежавшая женщина могла играть второстепенную роль. И, кроме них, никто больше не был замешан в этом деле.
Есть вероятность, что ритуал в Мэкари сняла та женщина?
Точно нет. Она вышла из гостиницы с Дои в 19:30 шестого февраля и только поэтому не успела бы на полуночный ритуал в Модзи. В этом смысле она не уступает Минэоке.
Поэтому только Минэока и мог сделать фотографии. Но это противоречие не поддавалось объяснению.
«Интересно, мог ли Минэока снять эти кадры как-нибудь иначе, не заезжая в Мэкари?»
Михара задумался, но ответа пока не находил. Все еще было непонятно, но вскоре он надеялся распутать загадку. И надежда не давала Михаре пасть духом.
Михара вернулся домой.
Когда дело перешло в ведение штаба, Михара стал поздно возвращаться домой. Однако когда расследование заходило в тупик, он приходил раньше. Если же расследование продвигалось и сыщики сновали по штабу, а следственные совещания отнимали много времени, Михара мог вернуться в час или два ночи. Это служило для него стимулом и придавало энергии. Всю усталость и сонливость как рукой снимало.
Но сейчас настало время тупика. Контора навевала скуку. Дело шло вяло и медленно.
Когда он со скрипом открыл дверь своей недорогой квартирки, жена сидела на татами с кем-то. С кем – Михара не видел. Он молча снял обувь.
Жена подбежала к нему и сказала:
– Здравствуй.
Михара удивился. Жена была одна.
– У тебя нет гостей?
Он посмотрел на нее, снимая туфли.
– Нет. Почему ты так думаешь?
– Ты будто с кем-то говорила.
– А, тебе показалось. Это телевизор.
– Что?
Михара подошел к татами.
В углу комнаты стоял телевизор, рассрочка за который уже была выплачена. Сначала он услышал телевизор – а жена всегда говорила тихо. На экране показывали влюбленных, парня и девушку. Сцены чередовались.
– Прости, – сказала жена. – Я так засмотрелась, что даже тебя не встретила.
Михара передал пиджак жене, развязал галстук и взглянул на экран.
– Выключить телевизор?
– Да нет, не надо.
– Я еще не приготовила ужин. Без телевизора будет потише.