Однако предположим, что убийство в Мидзуки случилось после убийства на озере Сагами. Женщина, покинувшая озеро Сагами, приехала в Дадзайфу, Кюсю. Ее сопровождал мужчина, который позже был задушен. Молодой человек.
Торигаи посмотрел на равнину. Но он видел не рапсовые поля, не красные астрагалы, не фиалки, которые тут и там мелькали среди травы. Он видел четкий образ в ясном апрельском небе.
А не был ли убитый сообщником Сюити Минэоки?
Он, вероятно, фотографировал ритуал в Мэкари, ждал Минэоку в Модзи или Кокуре после прибытия из аэропорта утром седьмого февраля и передал ему камеру с пленкой. Минэока получил ее, вошел в гостиницу и заснял там горничную, обеспечив себе алиби. А затем Минэока избавился от него.
– И в убийстве он использовал женщину. Мотив тот же, что и на озере Сагами.
Дзютаро Торигаи побрел по шоссе до автобусной остановки. К ней подъехал белый, грязный автобус из Фукуоки. Торигаи увидел надпись: «Онсэн Мусаси».
Слова женщины о Тофуро пришли ему на ум.
Да, онсэн Мусаси. Если люди из Токио парочками приходят сюда, то онсэн Мусаси – лучшее место. Может быть, там…
В деле об убийстве на озере Сагами появился молодой человек, труп которого нашли на Кюсю. Почему он не всплывал раньше?
Торигаи представлял женщину, молодого человека, их отношения с Сюити Минэокой, и дорога до Мусаси показалась ему нескучной.
А1 и А2
Приехав в Мусаси, Дзютаро Торигаи обратился в полицию и, заручившись поддержкой, отправился в Мидзуки, чтобы уточнить личность жертвы. Они вместе обошли около двенадцати гостиниц и показали в каждой фотографии жертвы.
Торигаи верил, что молодой человек находился в Мусаси ночью на седьмое февраля. Он решил так, основываясь на предположении о связи жертвы с убийством на озере Сагами.
Если считать, что перчатка, найденная в Мидзуки, принадлежала женщине, которая сбежала с берега озера, то выходит, что она ушла до девяти утра шестого февраля и села на поезд от Токио до Кюсю. Седьмого она прибыла в Хакату, и в Мусаси остановилась не раньше. Торигаи также предположил, что женщина не задержалась в Мусаси.
Ключевой подозреваемый, Сюити Минэока, сел на поезд вечером седьмого и прибыл в Токио утром восьмого. Это надо еще подтвердить. Однако если предположить, что Минэока был с женщиной, а днем восьмого пришел к себе на работу в «Кёкко Коцу», то наиболее вероятная дата – вечер седьмого числа.
Убитый молодой человек, скорее всего, был ответствен за фокус с пленкой и святилищем Мэкари, над объяснением которого сейчас бился Михара. Молодой человек, видимо, отснял восемь кадров и отдал камеру Минэоке. То есть Минэока, по всей видимости, долгое время взаимодействовал с ним, чтобы обеспечить себе идеальное алиби.
Торигаи вместе с полицейскими сыщиками изучил все гостиницы в Мусаси и горячие источники. Ничего интересного узнать не удалось. Прошло больше двух месяцев. Хотя хозяева гостиниц, служащие и горничные обычно хорошо помнят клиентов, все они лишь мотали головами, смотря на фото жертвы, и говорили, что такой человек у них не останавливался. Торигаи просил даже книгу записи гостей, но и там улик не нашел. Впрочем, убийство не обязательно пришлось бы на седьмое февраля – и Торигаи изучил даты за неделю до и после, но безрезультатно.
Однако Торигаи все-таки решил не падать духом. Может, он слишком увлекся только Мусаси. Ведь жертва необязательно останавливалась там. Следовало прочесать все гостиницы в Фукуоке и окрестностях.
Для этого в полицейские участки были разосланы копии фотографий жертвы вместе с запросами о сотрудничестве.
Через три дня Торигаи получил необходимые сведения. Рядом с Фукуокой много небольших городков. Изучили и Курумэ, потому что дело было связано с линией Ниситэцу.
Но рапорты из полицейских участков только расстроили Торигаи: ничего не нашли.
Судя по тому, что жертва не походила на местного, он вряд ли просто так сразу приехал в Мидзуки. Ему пришлось бы где-то переночевать.
Сколько Торигаи ни думал, он приходил к выводу, что женщина не могла удушить мужчину на дамбе в Мидзуки своими силами. Это мог сделать только мужчина. Он предполагал, что женщина лишь выманивала жертву. Так же, как и на озере Сагами.
Если молодой человек и женщина в перчатках оставались в гостинице на ночь седьмого февраля, то, вероятно, Сюити Минэока был с ними.
И тут Торигаи пришла в голову мысль.
Неважно, где молодой человек передал камеру с пленкой ритуала – в Модзи или в Кокуре, но в любом случае мы знаем, что Минэока вошел в рёкан «Дайкити» в Кокуре около восьми утра, так что камеру он передал до того.