Хакуё снова подозвал жену, на этот раз немного раздраженно. Она принесла стопку номеров «Цукуси Хайдан», а затем снова налила холодный чай.
Четвертый номер уже был у Михары, поэтому она внесла первый, второй, третий и пятый. Хотя майский, пятый, был последним, Михара решил посмотреть и его. На обложке вместо фотографии сборища был портрет недавно умершего известного поэта.
Михара стал перелистывать страницы в поисках очередного «Уведомления».
Вот оно!
В голубой рамке было написано: «Предварительное уведомление – поездка в Канэдзаки».
Михара прочитал текст:
Двадцать пятого апреля мы отправимся в поэтическое путешествие в Канэдзаки, знаменитый благодаря легенде о потонувшем колоколе. Живописное побережье моря Генкай, где рыбацкие деревушки все еще чисты и нетронуты, отчасти из-за трудностей с транспортом. Примерно в двух километрах от берега лежит затонувший колокол, привезенный из Кореи Хидэёси. Даже поныне в хорошую погоду его можно увидеть с лодки. В прошлом клан Курода пытался вытащить колокол – они сделали канат из волос всех женщин в замке, – но ничего не получилось, канат порвался и колокол остался там, где был. Место напоминает о «Потонувшем колоколе» Гауптмана, и вы сможете насладиться весной и вдохновением. Желающих просим прибыть на станцию Акама в Кагосима к 14:30.
Михара перечитывал фразу снова и снова.
– Простите, – позвал он Хакуё. Тот отложил лопатку и встал. – Когда вы едете на поэтическое собрание, там собираются только поэты вашей школы?
– Обычно да.
– И вы всех их знаете?
– Не всегда, это как пикник, – ответил Хакуё. – Иногда могут прийти члены семьи или даже друзья.
– То есть если появится незнакомый мужчина, никому не покажется это странным?
– Нет, никому. Такое бывает часто. Это может быть друг поэта или желающий вступить в ассоциацию.
Михаре показалось, что все вдруг прояснилось. Он множество раз поклонился Хакуё и вернулся в полицейский участок. В справочной взял карту Фукуоки.
Канэдзаки находился посередине линии, соединяющей северо-восток Фукуоки и устье реки Онгагава, впадающей в море Генкай. Удобно ли выходить на станции Акама? На карте прямой дороги не было.
Маленький островок. Одзима. Рядом – знаменитое святилище Мунаката-дзиндзя. Канэдзаки примерно в четырех километрах к северо-востоку от него. Михара закрыл карту и задумался.
Допустим, Сюити Минэока прочел объявление и вышел на станции Акама в 14:30 двадцать пятого апреля. Вероятно, он сел на автобус до Канэдзаки вместе с другими участниками. Допустим, все члены ассоциации знали друг друга, но на незнакомца внимания не обратили – решили, что это просто чей-то приятель.
Итак, Минэока приехал на место. Там поэты разделились и принялись сочинять стихи под впечатлением от пейзажа. Среди них, конечно, и Кадзивара Такэо. Минэока встал позади него и, улучив минутку, похлопал по спине. Они принялись обсуждать хайку. Или нет, просто болтали. Но знакомство Минэоки с Кадзиварой произошло именно там.
Еще раньше Минэока мог украсть фотографии Кадзивары и переснять их. Но сам Кадзивара об этом не знал. Тогда зачем Минэока познакомился с Кадзиварой? Если уже взял негативы фотографий ритуала в Мэкари.
Однако осторожность Минэоки подсказала ему, что следователи выйдут на Такэо Кадзивару. Поэтому Минэока решил его спрятать. Вероятно, Кадзивара исчез именно после контакта с Минэокой во время собрания в Канэдзаки.
Если исчезновение Кадзивары – дело рук Минэоки, то он должен был приехать в Канэдзаки. О чем он с Кадзиварой разговаривал, непонятно, но он мог предложить ему отправиться в совместную поездку.
Но и тут было препятствие. Ведь Кадзивара не сказал ни друзьям, ни родителям о том, что уволился из «Фукуока Сёкухин Когё» и переехал в другое место. Он молча исчез. Если бы Кадзивара решил куда-то отправиться с Минэокой, то наверняка сообщил бы об этом близким.
И неясно было, что с пленкой. Как Минэока смог выкрасть ее так, что Кадзивара ничего не заметил? До самого конца этот трюк не давал Михаре покоя. Как Минэока получил пленку?
– Осима-кун. – Он подозвал сыщика. – Выясните, выходил ли Минэока на работу в компанию двадцать пятого апреля. Если нет, то где он находился в этот день?
– Двадцать пятого апреля, да. Понял.
Осима сразу же уехал. Через два часа вернулся.
– Я выяснил. Двадцать пятого апреля Минэока был в Осаке по делам.
– В Осаке? – Михара даже поднялся со стула. – Зачем и как он туда добирался?
– Сказали, что на поезде. Двадцать четвертого числа отправился ночным поездом.
– Конечно, по делам компании?