– Да. Я втайне справился у него в конторе. Минэоки, к счастью, там не было.
– А куда конкретно?
– Об этом я тоже спросил. – Осима развернул блокнот с записями. Там были названия двух автомобильных компаний.
– Тогда немедленно свяжитесь с полицейским управлением Осаки и спросите, когда Минэока там был и во сколько.
– Понял. – И Осима вышел из комнаты.
Михара облокотился на стол и задумался.
– Из Осаки он мог вылететь в Фукуоку. Допустим, встречи в компаниях произошли утром. Оттуда полтора часа до Итадзукэ. Возможно, для встречи в 14:30 на станции Акама поздновато, но он мог бы добраться в Канэдзаки на такси. Да, я понимаю.
Дверь открылась, и вошел Торигаи.
Праздник ирисов
– Сюити Минэока пришел в контору «Осака Хаганэки Кабусики Кайся» в здании «Мидосудзи» на улице Хигаси двадцать пятого апреля в 11:30 утра и покинул компанию около полудня. Разговор был пустым и коротким – вряд ли ради него стоило ехать в деловую командировку. Во вторую компанию, «Сёва Дзидося Кисай» в Каварамати, район Нанива, он вообще не заходил. – Такой прислали ответ на запрос, полученный из полицейского департамента Осаки.
Получается, поездка Сюити Минэоки в Осаку была только предлогом. Он выехал из Токио на ночном поезде двадцать четвертого апреля и прибыл в Осаку утром. Заглянул в здание «Мидосудзи», но не пошел в другую компанию в Наниве. Вероятно, дело было в том, что она находилась на значительном расстоянии и остановка заняла бы много времени.
Михара проверил расписание и обнаружил рейс воздушного агентства «Ниппон» в Фукуоке, который вылетал из Итами в 12:50 и прибывали в Итадзукэ в 14:25.
Конечно, на собрание «Цукуси Хайдан» Минэока бы не успел, но если бы поехал прямо из Итадзукэ в Канэдзаки на такси, то мог бы встретиться со всеми поэтами.
Теперь Михара попросил фукуокский полицейский департамент провести расследование. Ответ пришел утром следующего дня.
– Глава «Цукуси Хайдан» Оно Дзансэй подтвердил, что двадцать пятого апреля в Канэдзаки прошло поэтическое собрание. Местом встречи была станция Акама, время – 14:30. Он также утверждает, что Кадзивара был среди участников и, как обычно, сделал фотографию. Кстати, в тот день собралось около тридцати участников, и они сказали, что с Кадзиварой-куном действительно беседовал какой-то господин лет тридцати семи – тридцати восьми. – Таков был ответ офицера полиции Фукуоки.
– Этот человек не из группы? – переспросил Михара.
– Нет, не из группы. Но на поэтические собрания нередко приходят незнакомые люди, так что никто не счел это странным.
– Он приехал туда на такси?
– Такси никто не видел. Но на станции Акама его тоже не видели, и, видимо, он действительно присоединился к собранию не сразу.
– А он до конца присутствовал на заседании?
– Нет, ушел раньше.
– Он пошел пешком?
– По словам тех, кто его видел, да, пешком. Однако рельеф Канэдзаки таков, что береговая линия зигзагом уходит в море, поэтому, если обогнуть мыс, то можно выйти к шоссе. Такси вполне могло ждать его у шоссе с другой стороны мыса, и никто бы его не увидел.
– А сколько примерно от места сбора до самого близкого мыса?
– Метров пятьсот?.. Собрание проходило у подножия горы, которое выступает к морю, стоят врата тории, и есть небольшая площадка. Там они и решили отдохнуть. Думаю, стоит пройти метров пятьсот по дороге, и человек скроется из виду.
Михара был безумно рад тому, что его догадка подтвердилась. Дзютаро Торигаи сидел рядом и улыбался. Он три дня искал в Нагое место встречи Сугая и Минэоки. И в Токио, и в Нагое много обычных домов, которые на самом деле представляют собой места тайных встреч мужчин и женщин. Возможно, они виделись там. Но без каких-то особенных подсказок подобное просто так не выяснишь. Однако Торигаи принес Михаре много других новых хороших новостей. Старый сыщик, проверив Нагою, заехал в аэропорт Итами в Осаке.
– В Итами на аэродроме я слышал, как за десять минут до вылета самолета стюардесса назвала имена пассажиров. Вызванных просили подойти к стойке как можно скорее, потому что самолет вот-вот улетит, и им нужны были пропуска. На аэродроме пропуска выдаются один за другим согласно списку пассажиров в обмен на посадочный талон, и этот процесс заканчивается за десять минут до вылета. Тогда остаются свободные места для тех, кто не пришел. В аэропорту полно людей, которые не смогли получить бронь и ждали, пока места освободятся. Сотрудники сказали, что на каждом рейсе бывает два-три таких случая. Так что, если билета нет, еще не рано сдаваться. Ведь можно занять такое место.
Теперь Михара разгадал загадку поведения Минэоки.