Дрожащей рукой Лэйк распахнул дверь — но тут же улыбнулся. Его страх смешон, он позволил своему воображению разыграться. Все было таким же, как во время его ухода. Рука жены покоилась на подлокотнике кресла.
— Я вернулся, милая.
Ответа не последовало.
Лэйк, сделав несколько шагов, оказался около своего мольберта. В глаза бросились яркие пятна, красные и желтые. Красного было слишком уж много. Лэйк подумал, что, наверное, был неаккуратен с краской: красным пестрил ковер, красная краска капала с книжного шкафа. Его лицо помрачнело. Походило на то, будто он рассеянно брызгал масляной краской из тюбика во все стороны. Длинный красный мазок оказался даже на спинке кресла, в котором сидела Хэйзел. Вероятно, он тут намазал, когда наклонился поцеловать Хэйзел в шею, подумал Лэйк. Ну да, на этом самом месте он и стоял, завороженный тем, какая у жены изящная шея, и думал, до чего же ему повезло. Сейчас он посмотрел, но шею не увидел. Только красный мазок. Ах, она же могла откинуться назад и запачкать волосы краской.
— Ты не спишь, милая?
Ответа не было.
— Брюс мне рассказал ужасную…
Жена молчала.
Наверное, уснула, подумал Лэйк. Он направился к ее креслу. Нужно стереть краску, пока она не выпрямилась и не коснулась ее головой. Вот только цвет показался ему не тем. Оттенок красного был более темным, чем у краски, которую он накладывал на полотно. Лэйк оглянулся на картину, не понимая, в чем дело, и коснулся плеча жены. Его рука лежала на ее левом плече, и он смотрел на картину. Там красный цвет был не таким интенсивным. Он повел рукой, хотел погладить Хэйзел по волосам. Рука скользнула сразу на ее правое плечо… Казалось, что на ее плечах очень много скользкой масляной краски.
Лэйк повернулся, очень медленно, и его глаза увидели то, что находилось в кресле…
Воистину Уэзерби был охотником.
Он пригнулся, вскидывая винтовку, еще до того как неожиданный звук дошел до его сознания. Палец лежал на спусковом крючке, а нервы вибрировали от выплеска адреналина, в душе звучала песнь действия. Но потом магия готовности исчезла, и он безмолвно выругался.
— Уэзерби! — прокричал Тэрлоу.
Фонарь Тэрлоу описывал дугу неподалеку.
Уэзерби вновь поставил винтовку на предохранитель и распрямился. Тэрлоу подпрыгнул, испуганный, и Уэзерби увидел, что у детектива в руках ружье.
— Все в порядке, — успокоил он Тэрлоу.
Уэзерби направился к детективу, тот стоял и ждал.
— Вот вы где, — пробормотал Тэрлоу. Ружье он отвел в сторону.
— Черт возьми! Если бы убийца был поблизости, вы бы его спугнули, — упрекнул его Уэзерби. — Я говорил Беллу, что мне никто не должен мешать.
— Белл послал меня за вами, сэр.
— Но ведь можно было и не поднимать шум.
— Извините, если я вас напугал. — В голосе Тэрлоу извинения слышно не было.
— Уже не говоря о том, что я мог вас застрелить, вы лишили меня шансов найти сегодня этого зверя.
— Сегодня осторожничать поздновато.
Уэзерби начал отвечать, но остановился. Он заглянул в глаза Тэрлоу и увидел там правду.
— Еще одно убийство, — проговорил Уэзерби. Это не было вопросом, и Тэрлоу кивнул, показывая через плечо на дорожку, ведущую к дому Байрона.
— Сразу по ту сторону дорожки, — пояснил он.
Туда они и пошли вместе.
Яркие фотовспышки выбеливали маленькую комнату, заливали белым лица детективов, которые пытались найти отпечатки пальцев, делали черными потеки крови. Лэйк сидел в углу, смотрел на свои окровавленные руки глазами, широко раскрытыми от ужаса. До его сознания еще не дошел полностью смысл происшедшего. Белл ничего не сказал. Он показал на кресло, Уэзерби пересек комнату и заглянул в него. Лицо Уэзерби чуть исказилось. Он не ожидал, что это будет женщина. На коленях лежала книга, одна страница была почти оторвана, безжизненная рука свисала с подлокотника, и ноги были вытянуты к догорающему камину. Голова отсутствовала. На кресле виднелись следы окровавленных когтей.
— Ну? — спросил Белл.
Уэзерби открыл рот, но голосовые связки ему не повиновались. Он закрыл глаза, борясь с приступом тошноты.
— Животное? — поторопил его Белл.
— Скорее всего. Животное, или же какое-то исчадье ада.
— Но как оно сюда проникло?
Лэйк застонал.
— Я закрыл дверь, — проговорил он.
— Уберите его отсюда, — потребовал Белл.
Тэрлоу двинулся к Лэйку, но тот не шелохнулся. Ноги и руки у него будто одеревенели.