Ынсо перестала слушать музыку, читать книги и даже смотреть телевизор.
Но иногда ела с таким аппетитом и в таких количествах, что Сэ только поражался, как она могла столько съесть. Он был настолько поражен, что хотел в такие моменты выхватить у нее тарелку. Но, съев все дочиста, Ынсо шла в туалет, и ее выворачивало наизнанку, а после, на протяжении долгого времени, и крошки не брала в рот.
Беспокоясь о ее здоровье, Сэ аккуратно подносил к ее рту молоко, когда ему казалось, что она вот-вот начнет пить, но безуспешно.
Доходило до того, что она, совершенно бледная, без всякого движения, подолгу сидела на одном месте. Когда Сэ спрашивал, что с ней, только поднимала руку ко лбу, как будто говоря, что у нее болит голова. Иногда замечал, как Ынсо за раз глотала по пять-шесть таблеток от головной боли.
– Что ты делаешь?! – кричал, подбегая, и, если успевал, отнимал у нее таблетки, а она и не сопротивлялась.
Поэтому и позвонил Ю Хэран, попросил, чтобы пришла и поговорила с Ынсо.
Ю Хэран пришла ровно в три; когда вошла, Сэ вышел на улицу, оставив их вдвоем.
Ынсо улыбнулась. Пока кипятила воду, доставала чашки, заваривала чай, Ю Хэран не сводила с нее обеспокоенного взгляда.
«Что же случилось, что ее лицо так изменилось? – Ю Хэран внимательно следила, как Ынсо с беспокойно бегающими глазами наливала чай, как при этом неуверенно дрожали ее руки. – Неужели она совсем потеряла дар речи?» В этот день они впервые встретились после увольнения с телевидения, но Ынсо совершенно не интересовалась работой и ничего ни о ком не спрашивала.
– Ынсо?
Молчание.
– Вы ничего не хотите сказать?
Ынсо снова улыбнулась.
– Вы узнаете меня?
На этот вопрос девушка опять улыбнулась.
– Вы даже со мной не хотите разговаривать?
Молчание.
– Не будете говорить? – Ю Хэран, понурившись, взяла Ынсо за руку.
Когда взяла руку, заметила, что на месте пробора на голове Ынсо белели проплешины выпавших клочками волос. Ю Хэран хотела прикоснуться к ее волосам, но Ынсо испуганно отдернула руку и отодвинулась.
– Много волос выпало. А раньше у вас были такие красивые волосы…
Услышав это, Ынсо взяла лежавшую на столе заколку, видимо, подумав, что, если волосы забрать в хвост, этих мест не будет видно.
– Дайте мне, я помогу завязать.
Тогда Ынсо что-то пробормотала невнятным басом.
– Что-что? Что вы сказали? – переспросила Ю Хэран.
– Я… Я сама…
Ю Хэран пригляделась к Ынсо – еще минуту назад беспокойно бегающие по сторонам глаза совершенно потухли.
– И палец у вас болит. Дайте-ка мне, я заколю вам волосы.
– Я… сама…
– Зачем вы так стараетесь?
Ынсо, поправляя волосы, улыбнулась.
– Почему вы думаете, что вам все надо делать самой?
Молчание.
– Почему?
– Потому что… я всегда так делала.
– Но это же не значит, что так надо делать и дальше?!
Молчание.
– Попробуйте жить по-другому.
Ю Хэран повернула голову Ынсо и стала завязывать ей волосы. И тут она заметила, что волосы девушки не только стали выпадать, но и поседели у висков.
– Что же с ней произошло? – Причесав ее волосы руками и закрепив заколкой, Ю Хэран чуть не заплакала от сочувствия, и, чтобы не подать виду, подняла голову и увидела картину на стене.
– Как хорошо написано!
Молчание.
– Чья это картина?
– Его…
– Видно, что написано с любовью.
Ынсо наклонила голову, но через некоторое время, подняв глаза на Ю Хэран, заговорила:
– Вы думаете, что еще осталась любовь?
– А вы как думаете?
Молчание.
– А вы?
Молчание.
– Я думаю, что осталась. До встречи с фотографом Но Тэсу я не понимала этого. Не то чтобы не понимала, а просто иногда чувствовала, что любви совсем не осталось. Но сейчас по-другому… Когда потеплеет, мы решили сыграть свадьбу. Он уже научился меня обнимать.
Ынсо заглянула глубоко в глаза Ю Хэран. Когда же гостья ответила ей взглядом, глаза девушки тут же помутнели, а когда потух ее взгляд, он тут же снова стал беспокойным и ничего не видящим.
Что же образовало такую пустоту в ее глазах?
– Мне кажется, вам надо учиться разговаривать… Если вот так все время молчать, терпеть и прятать свои чувства, можно и заболеть.
«Но она уже заболела», – с болью подумала Ю Хэран.
Еще раньше ей казалось, что Ынсо отличается от других. Впервые увидев девушку на телевидении, она обернулась ей вслед. В тот момент она подумала: сможет ли эта женщина привыкнуть к такому напряженному ритму работы телевидения, когда на счету каждая минута, когда постоянно надо впитывать различную информацию и в любое время, хочешь ты того или нет, быть готовым дать ответ коллегам.