Ынсо сидела в машине, поглаживая собаку по спине, до тех пор, пока не стемнело.
Когда возвращается лосось
Ынсо открыла входную дверь, подняла с пола газету, положила на диван, раздвинула шторы и замерла. Между деревьями гинкго внизу на площадке перед квартирами каким-то образом выросло дерево жужубы – китайского финика.
В прошлом году Ынсо не жила здесь и не знала, были на нем плоды или нет. Но в этом году с момента, как только на нем стали завязываться плоды, когда она проходила мимо него, то каждый раз голова ее сама собой поднималась. На каждой ветке плотно-плотно друг к другу росли финики размером с ноготь большого пальца. Еще недавно они были совсем зелеными, а теперь, поспевая, становились коричневыми, и дети, живущие неподалеку, в выходные, как сегодня в воскресенье, ранним утром срывали их.
Один малыш, приспособившись, бросал бейсбольную биту, а ребятишки постарше нагибали к себе ветки, срывали плоды и быстро отскакивали в сторону, чтоб не угодить под падающую биту. Малыш радостно собирал сбитые финики, раскиданные, как горох, а отбежавшие в сторону мальчишки снова, толкаясь, подбегали к дереву…
– Что ты там смотришь? – открывая дверь в комнату, спросил Сэ. Он подошел к Ынсо и обнял ее за плечо.
– Вон на тех ребятишек.
Сэ встал рядом и тоже стал смотреть вниз, смеясь и приговаривая:
– Ах, детвора, ну дают!
Оказалось, что дети срывали финики не для того, чтобы их есть. Они доверху набивали карманы, а потом начинали бросаться друг в друга. Один мальчик со словами:
– На тебе, держи! – бросил финик, а другой размахнулся битой и попытался отбить его, как бейсбольный мяч.
Сэ молча убрал руки с плеч Ынсо, подошел к столу и взял только что принесенные Ынсо газеты.
– А-а! – закричал ребенок. Финик попал, по всей видимости, от биты ему в лицо. Ребенок отбросил биту и присел на корточки. Не обращая внимания, что его напарник сидит и хнычет, мальчишка продолжал бросать в него финики. К плачущему ребенку подбежал другой ребенок, который играл рядом, и принялся его успокаивать.
– В нашем дворе тоже раньше росло финиковое дерево. Помнишь? – Ынсо отвернулась от окна, прошла в комнату и села на диван напротив Сэ, читающего за столом газету. Под его пальцами в нижней части страницы Ынсо разглядела рекламу книги издательства «Солнце и Луна». С конца прошлой весны Ынсо регулярно просматривала книги, которые рекламировало это издательство.
– Конечно, помню… Даже помню, как мы их ели, не дожидаясь, пока они поспеют. – Сэ ответил, но, не услышав поддержки разговора, посмотрел на Ынсо и сложил газету. Видя, что она о чем-то задумалась, он снова развернул страницу газеты. – А что?
Сначала Ынсо думала, что название этого издательства просто совпадает с названием компании Вана, которая занималась планированием. О том, что Ван зарегистрировал под этим именем издательство и теперь выпускает книги, она узнала только из книжного магазинчика при телерадиостанции.
Магазин был размером всего лишь в два пхёна и работал по заказам: сначала надо было заказать нужную книгу, а потом приходить и выкупать. Так и Ынсо зашла в магазин, чтобы выкупить заказанную для одной радиопередачи энциклопедию оперы, и обратила внимание на лежавшую перед ней книгу. Это была книга того самого издательства. Она взяла ее и поначалу подумала, что название всего лишь напомнило ей Вана, но на всякий случай открыла последнюю страницу книги, где были указаны данные. Там стояло его имя: «Издатель Со Ван».
– Что ты такое увидела? – Сэ принялся снова просматривать газету.
– Нет, ничего. Просто задумалась…
Ынсо встала, прошла на кухню и открыла кран. «Он, видимо, издал новую книгу». В рекламе было незнакомое ей название. Она достала рис из специального ящика для хранения, собираясь замочить его в миске с водой; вода лилась уже через край кастрюли, но она, даже и не думая закрутить кран, просто стояла перед раковиной.
Сэ заметил вдруг изменившееся настроение Ынсо, но продолжал дальше просматривать газету.
Опомнившись от дум, Ынсо вспомнила, что уже давно не видела свою собаку, закрыла воду и, повернувшись, позвала ее:
– Хваён!
Сэ продолжал внимательно просматривать газету. Ынсо подошла к нему и вырвала газету у него из рук.
– Нечего тут смотреть! Говорю же, что я просто задумалась.
Ынсо унесла газету на кухню, скомкала ее и выбросила в мусорное ведро. Неподвижно наблюдая за мгновенно изменившимся поведением жены, Сэ встал и подошел к окну. Резвящихся детей уже не было, только на земле были разбросаны ветки и листья.