— Прости меня, дочка! Алисонька, прости. Не знаю, что на меня нашло.
— Все в порядке, мамочка, я понимаю, что тебе плохо. Давай, заварю тебе травяного чая, и ты поспишь?
— Может быть, одну рюмочку?
— Мам, я выбросила алкоголь.
— Как выбросила? У нас же в баре были коллекционные напитки!
— Бар был пуст. У тебя была только початая бутылка «Киновского».
— «Киновского»? Это же дрянь! Нет-нет! Был «Курвуазье»!
Мама попыталась встать, но у нее не вышло. Кое-как я смогла ее успокоить. Главное, что она больше не кричала на меня. Еще одного скандала я просто не вынесла бы.
— Дочка, спасибо, что ты вернулась, — проговорила мама, когда я укрыла ее одеялом.
— Спи. Завтра и послезавтра я буду дома с тобой, потом вместе пойдем на работу, — ласково проговорила я.
— Конечно, милая.
Я выключила свет и ушла к себе. Спать совершенно не хотелось. Этот сумасшедший день вытянул из меня все соки. Устроившись с сигаретами на балконе, я стала смотреть на любимый Яузский бульвар. Сейчас я понимала, как все-таки соскучилась по этому месту. Не по дому, квартире, комнате, а по балкону. Своему маленькому убежищу. Постепенно бульвар пустел, погружаясь в ночь, но все равно периодически появлялись одинокие прохожие или влюбленные парочки.
Ночь перетекла в утренние сумерки, а я продолжала сидеть на любимом продавленном балконном стуле, переживая все дневные события, то и дело задерживаясь в воображении на встрече с Денисом. Я думала о нем, размышляла, что было бы, согласись подождать, но ждать чего? Денис… Как же все с тобой сложно. Невольно голову заняли мысли о гибели его родителей. Неужели все-таки Красовский? Как сказать об этом Миле и Ольге. Они же так верят в его невиновность!
— Я могла бы поверить, что он аферист. Саша был старше меня, рядом с ним я была глупой девчонкой, многого не понимала, никогда не интересовалась делами и прочим. Но я знала наверняка, что он любил меня и души не чаял в дочке. Если бы он и пошел на кражу, то нас бы не оставил. Мила была смыслом его жизни. Мы даже назвали ее в честь Сашиной мамы, — Ольга опустила взгляд и шмыгнула носом. — Алиса, у меня есть доказательства. Я записала на флешку наши семейные видео. Посмотрите, сами увидите, как Саша относился к нам с Милой.
Флешка! Я совсем о ней забыла, а ведь все время носила с собой. Я вернулась в комнату, которая показалась слишком душной после прохладного балкона и стала искать ее в сумке. Ноутбук Костя мне не привез, поэтому я подключила USB к телевизору.
Первое видео — день рождения Ольги. Они с мужем дурачатся на камеру и выглядят совершенно счастливыми. У Ольги большой живот, и Александр то и дело его целует. Второе видео — встреча Ольги из роддома. Она радостная машет мужу и игриво ругается, что тот вместо того, чтобы идти к ней, снимает видео. Вот он передает камеру кому-то другому, подходит к ней и забирает новорожденную дочь. Глядя на их идиллию, действительно сложно поверить, что через год Красовский бросит семью. Третье видео — день рождения Дениса. Как же он сильно изменился за столько лет! На видео одиннадцатилетний мальчик все время смеется, а его мама такая красивая… Неожиданно зазвонил телефон, и я нажала видео на паузу и посмотрела на дисплей телефона. Это был Денис, но у меня уже не было сил удивляться. Я посмотрела на часы, было четыре утра.
— Алло.
— Лисенок, не разбудил? — его голос был взволнованным.
— Нет, не разбудил. Что случилось, Денис?
— Твоя мама. Я нашел ее во дворе, она спит под лавочкой. Сейчас приведу…
— Мама?! Не может быть, она в комнате, — я вбежала в родительскую спальню, но она была пуста. Получается, она удрала, чтобы купить выпивку. — Денис, я выхожу!
— Нет, зачем? Жди на площадке. Я поднимусь.
Я вышла на лестничную площадку и стала в нетерпении мерить ее шагами. Все было куда хуже, чем думала, раз мама ночью сбегает, чтобы выпить. Сколько же времени она провела на улице? Неужели ушла сразу, как я ее уложила? Лифт загудел и поехал вниз. Нужно было собраться. Я прикрыла глаза и глубоко вдохнула. Лифт остановился на первом этаже и через какое-то время стал подниматься.
— Алисонька, мне тут помогли! — сообщила мама, как только двери стальной кабины раскрылись, и она меня увидела.
— Мама, ну как же так?! — я даже не злилась, остались только боль и обида.
— Милая, давление упало, и я сходила за лекарством. А подняться домой сама не смогла. Так голова кружилась, но вот милый молодой человек меня поднял…