— Может быть, стоило догадаться, что я не хочу говорить?
— Лисенок, я не верю.
— А ты поверь!
Я бросила недокуренную сигарету в банку из-под горошка, поставила кружку на подоконник и спрыгнула на пол, но тут же оказалась в плену. Денис поставил руки с обеих сторон от меня, не позволяя увернуться от жадного поцелуя, которым снова дал понять, что я для него всего лишь забава, а не девушка, которую он уважает.
— Пусти! Как ты можешь?! — я ударила Власова в грудь, но он и не пошевелился. — Как ты можешь?! Ты же с Леной?!
— Лисенок…
— Ты с Леной!
— Официально — да.
— Официально?! А неофициально решил наведаться ко мне?! Ты своими руками рушишь все то хорошее, что между нами было! Как же твои слова о дружбе и уважении? Если бы ты относился ко мне так, как говорил, то никогда бы не поступил, как сейчас. Кто я для тебя, Денис?
— Девушка, которая мне небезразлична, — серьезно ответил он.
— Я опаздываю на работу, — сухо проговорила я и заерзала в его объятьях, словно руки Дениса были колючей проволокой.
— Я тебя подвезу, — сквозь улыбку он поцеловал меня в макушку, будто не замечая моих попыток высвободиться.
— На метро быстрее, — процедила я, но мой грозный вид ничуть не испугал Власова.
— Лисенок… — усмехнулся он и покачал головой, будто я сказала глупость.
— Пусти же меня!
Мне удалось вырваться. Я хотела взбежать по лестнице, но Власов снова нагнал. В этот раз он не стал меня удерживать, а просто перегородил проход.
— Алиса, выслушай! — строго сказал он. — Мне нужно, чтобы ты дала мне еще немного времени. Я говорю это не просто так. Мой ресторан…
— Все, хватит! — я снова оттолкнула Дениса, не в силах слушать его оправдания.
— Мне нужно уладить дела с бизнесом! — прокричал на весь подъезд он.
— Денис, ты читал «Триумфальную арку» Ремарка? — почти шепотом вопросила я, призывая его следовать моему примеру и «убавить громкость».
— Нет.
— Главный герой полюбил женщину, Жоан Маду. По воле обстоятельств они расстаются, и во время разлуки у женщины появляется другой. Когда герой возвращается, она приходит к нему, признается в чувствах, проводит с ним ночь, но не уходит от любовника. Герой не хочет делить Жоан с другим, пытается ее бросить, вот только женщина то и дело ищет с ним встреч, чем делает ему только больнее.
— Хочешь сказать, я такой же? — нахмурился Власов.
— Знаешь, когда я читала эту книгу, то сочувствовала герою, но и не осуждала его возлюбленную. Она была страстной, темпераментной женщиной, жила чувствами… С самого начала было понятно, что их роман обречен.
— У нас с тобой другая история, — Денис взял меня за руку, а я только тяжело вздохнула. — Лисенок, я все улажу, подожди еще чуть-чуть.
— Не торопись, Денис. Со временем ты во всем разберешься, — грустно улыбнулась я, цитируя Ремарка, зная, что он все равно не поймет смысл этой фразы.
Я спокойно вернулась к подоконнику, забрала свою кружку и пошла домой, так и не взглянув на Дениса. Власов молча ушел. Возможно, обиделся, этого я не поняла.
Из-за разговора с Денисом я сильно опаздывала на работу. До метро пришлось ловить машину, по эскалатору бежать, а к бюро сокращать путь переулками. На часах была одна минута десятого, когда лифт остановился на нужном мне этаже.
— Алиса Павловна, вы опоздали, — расплылась в змеиной улыбке Лидочка, устроившись с чашкой кофе на диване в холле и явно не начавшая еще свой рабочий день.
— Я вовремя, — пытаясь отдышаться, проговорила я.
— Придется доложить Кириллу Олеговичу, — наигранно досадовала секретарша, продолжая довольно улыбаться.
— Докладывай, кому хочешь, — кинула я и поспешила к себе.
Не прошло и часа, как мне сообщили, что я получила выговор, а из будущей зарплаты вычтут штраф за опоздание. Кирилл Олегович, как и обещал, делал все, чтобы выжить меня из бюро.
Часы на работе превратились в каторгу. Я отсчитывала минуты до конца дня, чтобы поскорее уйти из этого гадюшника. В пятницу утром должен был вернуться Костя. Я ждала этого дня, как манны небесной, ведь при нем открытая травля кончится, и станет немного легче. Только здесь меня ждала очередная подстава, умело спланированная Вороновым-старшим.
На улице было еще темно, а электронные часы показывали без десяти пять, когда мой телефон громко завибрировал. Я испугалась, потому что Костя никогда бы не стал звонить в такое время, если бы ничего не случилось.
— Алло! Кость?
— Элис, доброе утро. Прости, что разбудил.
— Ничего. Что-то случилось?