— Знаете, когда я увидела Александра Акулова, подумала, что это самый отвратительный человек, какого когда-либо встречала, но я ошиблась. Вы в тысячу раз хуже!
— Твоя пламенная речь не произвела на меня ровным счетом никакого впечатления. В этой папке, — он указал на темно-синий скоросшиватель, — диск с записью адюльтера и свидетельство экспертизы о ее достоверности. Сама решишь, использовать запись или нет.
Я сидела за длинным столом рядом с Вероникой Акуловой. Ее пока еще муж развалился в кресле напротив нас и довольно наблюдал, как я постукиваю подушечками пальцев по столешнице. Он видел, что я сильно нервничаю, и это его забавляло. Акулов знал, что я поддамся его давлению, поэтому уверенно убеждал судью, как сильно любил супругу и всегда хранил ей верность.
— Неправда, ваша честь! — вдруг перебила мужчину Вероника. — Он изменял мне. У моего адвоката есть доказательства.
— Вероника, сядьте! Вы выскажитесь, когда вам дадут слово, — грозно прошипела я, возмущенная тем, что моя клиентка вновь нарушила судебный порядок, хотя я несколько раз предупредила, что этого делать не следует.
— Я тебя прижучу, — еле слышно прошептала мужу Акулова и села на место.
Когда Александр окончил свою пламенную речь, дали слово нашей стороне. Вероника не упустила возможности громко заявить о цинизме супруга, который разбил ей сердце своей изменой. Пришла очередь представить суду доказательства.
— Адвокат Елисеева, у вас имеется видеозапись, доказывающая факт адюльтера?
Время словно остановилось. Я взглянула на Акулова: под маской непоколебимого спокойствия он скрывал волнение. Значит, сомневался во мне.
— Адвокат Елисеева, вы слышали мой вопрос? — вновь вопросила судья, и прежняя наглая уверенность вернулась к нашему оппоненту. Александр поставил на стол локти и опустил голову на сложенные в замок руки. Так, чтобы видела только я, он провел большим пальцем по шее, намекая на то, что со мной будет, если ослушаюсь его приказа.
— Алиса! — прошипела Вероника, удивленная моим молчанием.
— Адвокат Елисеева, у вас имеется доказательство адюльтера?
— Ваша честь, — я перевела дыхание, кислорода все равно не хватало. Сердце гулко стучало, отдаваясь пульсацией в висках, живот до боли скрутило от волнения. — Ваша честь, в этой папке представлены доказательство супружеской неверности Александра Акулова: видеозапись и заключение о ее подлинности.
Я не знала, зачем так поступила. До последнего мне казалось, что верным решением будет проиграть дело, и только за секунду до сказанного поняла, что должна повести себя, как адвокат, а не запуганная девочка.
Все, что происходило дальше, я наблюдала словно со стороны. Превратившись в подобие робота, я оперировала заученными еще с университетской практики терминами и ловко подвела дело к победе. Это оказалось проще, чем я думала и, когда судья объявила об огромной выплате, которую должен осуществить Акулов в пользу теперь уже бывшей жены, почувствовала приятное удовлетворение.
В бюро я вернулась ближе к концу рабочего дня. Кирилл Олегович через Лидочку передал, что я могу продолжать работать в конторе, но за мной, как и раньше, будут пристально наблюдать. Несколько раз звонил Костя, но я не решилась с ним поговорить, представляя, как сильно он рассердится.
Запершись в своем кабинете, я включила на компьютере старую французскую комедию и решила провести вечер в компании Пьера Ришара. Совершенно не хотелось возвращаться домой, пока хозяйка не уснет. Она злилась и не упускала возможности прочитать нравоучения, называя меня при этом бесстыдницей. Соседи донесли старушке, что я курила в подъезде, а потом переполошила весь подъезд, выясняя отношения с парнем. Смешно. Никто из них и носу не показал из своей квартиры, но все прекрасно слышали, как мы с Денисом ругались. Любопытство — извечный человеческий порок.
Засидевшись допоздна, я вызвала такси, а пока его дожидалась, прочитала все сообщения, что за день прислал Костя. Он ругал меня, обзывал глупой, но потом извинялся, просил быть осмотрительной и пока никуда не ходить одной. Воронову удалось купить билет до Москвы только на завтра, из аэропорта он сразу же собирался ехать ко мне.
Все-таки я решилась позвонить Косте и уверила, что со мной все будет хорошо. Ему не понравилось, что я все еще была на работе, но немного успокоился, услышав, что я вызвала такси до дома, но взял обещание позвонить, как доберусь. От Костиной заботы больно защемило сердце. Какая же я все-таки дура, что отказалась от такого мужчины. Денис никогда не полюбит меня так, как он.