– Что вы хотите сказать?– встревоженно спросила ЭлЭс, подавшись грудью вперед.
– Непременно скажу. Но прежде ответьте, пожалуйста, где ваш сын? Он ведь живёт с вами, не так ли?
– Да… – медленно протянула мать. – Но о своих делах Леонид мне не отчитывается. А что случилось? Она вспушила волосы и под воздействием солнечных лучей в ушах хозяйки фиолетовым светом сверкнули сережки.
– Чудесные у вас серьги, – произнес изумленный сыщик, не сводя глаз с золотых саламандр. Все благодушие в манерах и словах его исчезли, и недавняя гордая королева опустилась в его глазах на уровень дешевой воровки, требующей самого безжалостного к себе отношения.
– Ах, это! – быстро проговорила женщина и, прикусив губу, небрежно прикрыла уши локонами. – Благодарю за комплимент. Подарок сына на день рождения. Правда голова от них побаливает. Быть может дело в металлах, которые мне не очень подходят. Но я не хочу расстраивать Лёнечку и потому не снимаю. Вы случайно не разбираетесь в камнях?
– О, нет, – ответил полковник, не сводя ястребиного взгляда от побледневшего лица дамы. – Но я разбираюсь в энергетике зла и знаю секрет этих серег.
– Правда? – наигранно бодрым тоном сказала Людмила Сергеевна. – Прошу вас, не томите. Что-нибудь по вашей детективной части?
– Более чем, – согласился Муравецкий. – Сто лет тому назад эти саламандры украшали уши одной простой девочки, которая хотела быть красивой и мечтала о любви. Но из-за них она потеряла себя и своё настоящее имя. Ее душу использовали, а тело убили. После этого серьги перешли в уши к другой девушке, которая была уверена, что фиолетовый цвет принесет ей счастье. Недавно она попала в аварию, её жестоко искалечили, а серьги выкрали.
– Кто же это сделал? – спросила Людмила Сергеевна и вновь закурила.
– Хотел у вас узнать, – выразительным тоном сказал Муравецкий.
– Решительно не понимаю, – пролепетала женщина, пуская вверх колечки дыма.
Муравецкий встал, окинул взглядом комнату и направился к двери. На крышке пианино в пепельнице лежала коробочка лекарства Манинил 5.
– Вы диабетик? – поинтересовался полковник, осматривая баночку с таблетками.
– Нет, это сына. У него вторая группа. А что?
– Сегодня утром, – ответил детектив, – убили девушку.
– За что же? – изобразила испуг ЭлЭс.
– За ключ, который открывает дверь в тайну гибели золотой княгини. Эта девушка ни в чем не была виновата, кроме того, что оказалась не в той стране, не в то время и не той родственницей.
– И что же? – в тоне женщины появились нотки раздражения.
– Преступник тоже диабетик, а ваш сын вчера поклялся найти убийцу княгини Волконской.
– Не вижу связи, – холодно сказала женщина, но волнение выказало себя, и ЭлЭс случайно опустила сигарету в чашку с кофе.
– А я вижу, мадам, – твердо сказал Муравецкий. – Юлия Новикова была правнучкой убийцы Поливановой и…
– Послушайте, вы… – в стоне Людмилы Сергеевны прозвучала агрессия и усталость, дававшая понять гостю, что он ей уже надоел. Однако невозмутимый полковник закончил мысль:
– Когда полиция спросит, откуда у вас эти серьги, будьте осторожны с ответом.
– Почему они спросят об этом? – вздрогнувшими губами произнесла хозяйка.
Ее халат распахнулся, тотчас оголив округлые белоснежные колени, но на Муравецкого это уже не произвело былого восторженного впечатления, да и ЭлЭс, совершенно не обращала внимания на беспорядок. Внутри нее все бушевало, она желала бы закончить разговор и больше никогда не видеть этого настырного мужчину, похожего на вампира, решившего высосать из несчастной женщины всю кровь. Сам Муравецкий тоже понимал, что кем бы ни оказался сын, мать все равно до последнего вздоха станет защищать Леонида. Детектив подошел к женщине и ощутив, что с его приближением внутренняя дрожь ЭлЭс начала переходить во внешнюю, а рот исказился судорогами, он бережно прикрыл полой воротника халатика ее грудь и как можно спокойнее, но твердо сказал:
– Потому что тот, кто их украл – расчетливый убийца без морали и чести. Мне очень жаль, но вашего сына опознали соседи. У Лени слишком примечательная бородавка.
Людмила Сергеевна, бледная и холодная, замотала головой и стала вырывать из себя слова, будто гвозди из креста, к которому прибили ее прекрасное грешное тело:
– Мой сын никого не убивал. Он не способен убить, слышите? Он был со мной в это время.
– Откуда вы знаете, в котором часу произошло убийство? – резко спросил детектив.