В общем, сейчас я дико злилась на семью Жормис, что не построили отдельную комнату для дочери. Тогда не пришлось бы сейчас сидеть в одном помещении с Крисом. Конечно, я могу уйти на помощь к атте Ладе, но она не терпит чужих рук на своей кухне.
- Знаю, что не посягнёт, но, если недоступное станет доступным? Он ведь… — я снова посмотрела украдкой на Криса, и столкнулась с горящим взглядом чёрных глаз.
- Ну же, Лизонька, кто он. Договаривай, — почти прошипел Крис и, поднявшись, подался ко мне, пугая снова и снова.
Я зажмурилась, чтобы не видеть костлявые руки на его плечах и пустые провалы глаз за спиной. Отвернулась и прижала ладошки к лицу, можно подумать это сотрёт видение, что преследует меня в течении последних пяти лет.
Мы прилетели на Артижен, когда мне было девять лет. Первым, кто познакомился со мной, был красивый черноглазый мальчик Крис и его добрый папа Тэмас. Потом его названая сестра Рада, ставшая мне лучшей подругой, а её родители крёстными. Пока я привыкала и знакомилась с новой планетой, Крис и Рада всегда были рядом, поддерживали и учили.
Этот мальчик любил меня как сестрёнку, и относился, так же, как и к Раде – обнимал за плечи во время печали, целовал волосы, дул на раны, когда было больно. Но я росла, чувства к повзрослевшему другу становились горячее, чем того требовали правила их расы.
Каллэрисы не могут иметь любовные отношения с какой-либо иной расой. Как я поняла, они боятся перенять человеческие негативные качества. Как бы то ни было, но каллэрисы чтут чистоту крови чуть ли не на уровне закона. Конечно, претендентов не было, и что за этот проступок будет, никто не знает и проверять не хочет.
Вот и я не хотела, поэтому до дня совершеннолетия Криса скрывала вспыхнувшие чувства как могла. А потом и вовсе стала избегать его.
- Лиза, — снова этот полушёпот и на моих запястьях сжимаются сильные руки, разводя их в стороны и вынуждая открыть глаза. — Ну же, договаривай, кто он? Кто мой отец?
Я посмотрела в чёрные глаза. Такие красивые, что хочется утонуть в них. Взмах густых ресниц и белок заполоняет фиолетовое сияние силы каллэрисов. Такая особенность есть у каждого из них – фиолетовый оттенок означает злость. Крис злился на меня. А я не могла справиться с собой. Я боялась так, что скоро зубы начнут стучать.
Мой взгляд притянул шрам, рассекающий половину лица Криса. И это тоже особенность его расы. До совершеннолетия лица каллэрисов идеально, но в тот миг, когда в их жизни начинается новый этап, позволяющий строить семью, на лице появляется шрам. Это явление служит им своеобразной защитой, ограждающей от неправильного выбора спутника жизни.
Я мало знаю об этой расе, точнее никто не знает всех подробностей кроме самих каллэрисов. Но появление шрама видела лично.
Я тогда спешила к Крису, чтобы поздравить первой. Ранее утро, я в самом красивом платье с широкой улыбкой на лице. Открываю калитку, а он уже стоит через дорогу у своего дома, словно ждёт меня. Остановилась, помахала. Он махнул в ответ, а потом болезненно поморщился и коснулся лба. Посмотрел на каплю крови, что осталась на руке, и остановил взгляд на мне, считывая каждую эмоцию.
Мне отчего-то самой стало больно, и я подняла руку, желая стереть капли, стекающие по его виску. Извилистой линией шрам полз от края волос по правой стороне лица, рассекая бровь, забираясь в уголок глаза, на переносицу, губы пощадил, но разрисовал щёку и остановился у уха. Крови больше не было, да и страшно было вовсе не от увиденного, а от того насколько больно сейчас Крису. А потом я увидела ЕЁ. Костлявая сущность положила руки на плечи Криса и с вызовом выглянула из-за его плеча. Я никогда не видела её полностью, лицо безо рта и носа, только пустые глаза на обтянутой серой кожей лице. Но иногда случалось, что она улыбалась мне, на миг являвшимися синими губами, словно испытывает грань моей выдержки. Серый туман развивался капюшоном над головой, и плащом за спиной, растворяясь вместе с нижней частью тела в воздухе.
Что я тогда испытала не передать словами. Первым был безотчётный страх за жизнь Криса. С чем для человека с Земли могло ассоциироваться это существо? Со смертью.
Тело сковало на секунды не позволяя двигаться, и Крис принял это на свой счёт, он решил, что я испугалась его шрама. А потом, словно из ниоткуда раздался звонкий женский смех и низкие голоса поздравляющих его друзей. Толпа обступила Криса, хлопая по плечам. Девушки порхали своими пальчиками по шраму и охали, каждая улыбалась и зазывно смотрела на именинника, а он неотрывно на меня.