– Очень в моем духе, – усмехнулась Кэтрин, зарываясь лицом в мою шею. Ей это было нужно больше чем мне. Если мои разговоры помогут ей чувствовать себя немного лучше, то почему я должен умалчивать о том, какой я видел ее со стороны?
– Даже когда ты сбежала от давящей на тебя атмосферы обязательств из школы боевых искусств, ты все равно продолжала становление на путь Избранной, чтобы обучиться как следует. Но чем больше на тебя давила ответственность перед Алиумом, тем сильнее ты сопротивлялась, пытаясь остаться ординаром.
Я не мог знать всего, что поисходило с ней, когда мы не были рядом и я лишь украдкой мог следить за тем, как она проживает свою жизнь без меня. Но анализируя ее поведение, мне все же удалось сделать пару выводов для себя лично, чтобы объяснить себе мотивацию ее решений и поступков.
– Перебравшись сюда ты начала ходить в школу, попыталась снова влюбиться, потому что тебе позарез нужно было ощутить прелести жизни ординара, которые у тебя так нагло отобрали, наделив ответственностью за судьбу всего мира. Обучаясь магии более усердно и решая вопросы Алиума ты все равно собиралась на зимний бал, кстати ты почти согласилась сделать это вместе со мной, но потом случилось то, что случилось… Думаю судьба сыграла с тобой злую шутку, ведь ты даже не успела ощутить всю прелесть подростковой жизни, на твои плечи легла ответственность за души и жизни живых существ.
– И впридачу получила бессмертие… – недовольно пробурчала она, каждый раз возвращаясь к мыслям о новом для себя открытии.
Я не решался спросить откуда она знает об этом, маловероятно что ее уже попытались убить, но лезть мне не хотелось. Захочет – сама расскажет.
– … даже не понятно буду ли я стареть или останусь такой как сейчас навсегда, но теперь я точно знаю, что никогда не смогу обрести свою семью. – Неужели ее это действительно тревожило?
Учитывая нынешние обстоятельства в мире, мечтать о семейной жизни как ничего не знающие и не подозревающие ординары было непомерной роскошью и самообманом.
– Твои ординарские планы на тихую старость рухнули, ты не сможешь теперь жить так как угодно тебе, и какое-то пророчество диктует как тебе жить. Я понимаю твою злость от происходящего.
– У меня никогда не будет детей…
– А ты это планировала? – Мои брови удивленно поползли наверх.
Обычно ее фантазии и рассуждения о будущем ограничивались жизнью с любимым человеком и питомцами в красивом месте где-нибудь в лесной глуши в уютном семейном доме с камином и панорамными окнами. До детей разговоры никогда не доходили. Но похоже она всерьез задумалась об этом.
– Ну… когда-нибудь, возможно мне бы и захотелось. Но уже бессмысленно даже думать о таком. Моя жизнь больше мне не принадлежит.
– Мы все равно можем быть вместе. Пускай и без детей.
– Ты состаришься, а я беспомощно буду наблюдаться как ты медленно состариваешься и умираешь… – мрачным и безжизненным тоном произнесла Кэт.
– Я могу обратиться в вампира, – предложил возможный исход. Хоть мы и давали клятву ангелам, но я готов был ее нарушить и обратиться ради нее, лишь бы быть вместе как можно дольше. Это противоречило бы всему, чему я посвятил свою жизнь и оно бы того стоило.
– И из-за меня пить кровь на протяжении веков? – Горько усмехнулась она. – Даже вампиризм не гарантирует бессмертие, а вечная жажда порождает зависимость, от которой напрямую будет зависеть твое существование.
Похоже, что у Кэтрин было достаточно времени на размышления об этом. И она решила заранее обречь себя на страдания и отдалиться от всех из своего окружения, представляя как будет проживать века в полном одиночестве.
– Кэт, скажи, почему ты такая? – Спросил я, немного погодя. Мне действительно хотелось лучше понимать как она это все представляет в своей голове.