– Какая? – Недоуменно уставилась она на меня, ожидая ответа. Ну да. этого стоило ожидать, учитывая насколько размытым и непонятным был мой вопрос.
– Почему ты живешь в мыслях о будущем, о том, что может когда-нибудь случиться, а возможно и не случиться, но никак не о том, что есть у тебя здесь и сейчас? – Ее лицо вытянулось. Неужели она ни разу не задумывалась об этом? Или же не пробовала посмотреть на это под другим углом.
– Потому что раньше только мысли и надежды на то, что черная полоса в моей жизни когда-нибудь закончится и начнется счастливое будущее, держали меня на плаву.
Она все также продолжала все делить на черное и белое, и с этим нужно было что-то делать. Жизнь не состоит только из плохих и хороших моментов и я просто обязан ей это доказать.
– Хорошо, тогда ответь мне на один вопрос. Ты счастлива со мной здесь и сейчас? – Мы смотрели друг другу в глаза, не прерывая эту нерушимую связь. В свой взгляд я вкладывал все свои надежды, боли, сокровенные мечты и желания. Она должна была понять, что я ее не обманываю и искренне хочу сделать счастливой.
– Больше всего на свете, – едва прошептала она, а большего мне и не было нужно. С моей души упал тяжелый груз неприятных мыслей и разочарований.
– Тогда давай наслаждаться вместе моментом и не забирать друг у друга возможность быть счастливыми, несмотря на то, сколько кому отведено времени.
В ее глазах я прочитал неуверенность, но видел, что она хочет иметь возможность быть счастливой, несмотря на то, какие ярлыки на нее навешивают и по каким канонам заставляют жить.
Кэт нежно коснулась губами моей шеи, затем скулы. Я замер, не в силах пошевелиться, словно боясь спугнуть, но она уверенно продолжала двигаться с поцелуями в направлении моих губ.
Когда мы слились в поцелуе, мой мозг отключился, а Кэт стала целовать меня намного увереннее. Она повалила меня на диван и нависнув надо мной щекотала лицо распущенными волосами. Вдруг в ее глазах блеснули озорные огоньки и она хитро улыбнулась.
– Это у тебя пистолет в кармане или ты просто рад меня видеть? – Повторила она глупую фразу из фильма и я не смог сдержать смешок.
– А ты что думаешь? – Мой встречный вопрос заставил ее залиться краской, но она не отвела взгляд.
– Я думаю, что нам следует узнать друг друга получше, – загадочным тоном произнесла Кэт, стягивая с плеча футболку. У меня перехватило дыхание, а сердце заколотилось в бешеном ритме.
– Тогда должен предупредить, что у меня сносит крышу от вида оголенных плеч, – пошутил я.
– О, правда? – Заигрывая взглядом она ловко избавилась от футболки. – А как ты относишься к оголенным коленкам?
– Я больше внимания уделяю бедрам, – едва выдохнул, не решаясь притронуться к ней.
– Да ну? – Усмехнулась Кэти, хватая меня за руки и уверенно положив их на свою талию. – Может ты еще скажешь что оголенные щиколотки оставляют тебя неравнодушным? – Шепнула она на ухо, поддразнивая меня.
– Вот черт, у меня что, на лице написаны все мои грязные мысли? – Она захихикала, обхватывая мои бедра коленями.
– Твои глаза говорят за тебя, – улыбнулась она, вновь целуя меня так, как делала это до потери памяти – с любовью и желанием, готовая отдать всю себя. А я в очередной раз мечтал о способности останавливать время, чтобы мы могли насладиться друг другом…
Молча наблюдал за тем, как Кэт бегает по коридору, собирая какие-то вещи, о наличии которых в квартире я даже не подозревал. Время клонилось к обеду, однако она не спешила посвящать меня в свои планы, придавая своим действиям налета секретности. Решил полностью довериться ее решениям и не анализировать, что меня ждет.
Вдруг Кэти резко остановилась посреди комнаты, подняв руку вверх и я заметил в ней горящий конверт с эмблемой Когнитиона. Вот так неожиданность… И когда она успела с ними пообщаться?
– Отлично, – прочитав содержимое Кэт просияла. – Советник Блеквуд обо всем договорился, ребята смогут заключить союз в храме Цитадели.
– Ты все-таки согласилась помогать совету?
– Вообще-то нет, я недавно подсобила ему кое в каком деле, которое было выгодно и мне в том числе, так что он теперь остался у меня в долгу. Что ж, долг погашен. – Закатила Кэтрин глаза, а потом уставилась на меня так требовательно, словно собиралась отчитать как маленького ребенка.