Но потом я заметила на ее запястьях путы, блокирующие любые магические способности и почувствовала как внутри меня начало разливаться неприятное и липкое чувство. Словно топливное судно потерпело крушение в океане, растекаясь огромным масляным пятном и начало гореть от маленькой искры.
Это был как откровенный плевок в душу мага и посягательство на ее репутацию и чувство собственного достоинства. Но она без раздумий согласилась на все эти унижения от Когнитиона ради Лиллиан. Этого всего можно было избежать, если бы только Совет был немного сговорчивее…
Когда взгляды будущих новобрачных пересеклись, неуверенность и волнение в лицах обоих вмиг испарились. Я видела лишь безграничную любовь и восхищение друг другом. Вокруг перестал существовать кто-либо помимо них двоих.
Люсинда передала ладонь своей подопечной в руку Максимуса, а Элис взяла у нее букет. Теперь они стояли лицом к лицу, готовые вот-вот произнести заветную клятву перед ангелами и возможно перед силами куда выше и могущественнее.
Все звуки затихли и Присцилла возвела руки к высокому потолку с образами ангелов, словно молясь им.
– Angelus Benedicto! – Воскликнула она. – Мы собрались в этом священном месте, чтобы стать свидетелями заключения любовных уз в мире смертных и на небесах.
Остальные слова советника потонули в резком бессвязном потоке назойливых мыслей, которые начали пробиваться мне в голову. Что-то это все смутно напоминало. И тут до меня дошло.
Разве должно быть так мало кустодиев?
По словам советника Абрахама во время подготовки к церемонии на каждые пять человек в помещении предназначалось как минимум два кустодия. Но я насчитала их гораздо… гораздо меньше.
Маловероятно что их отправили готовить торт к банкету или натирать бокалы до блеска. Обычно Когнитион трепетно следит за своей безопасностью, а в зале находилось как минимум три члена совета. Тогда что тут не так?
Но казалось, кроме меня пропажу десятков защитников никто не заметил. А что, если Като снова подкупил парочку людей для того, чтобы пробраться в Цитадель?
Тогда было бы логичнее, что все присутствующие остались тут, а не куда-то пропали. На его почерк не похоже. Наоборот выходит, что под угрозой были все здесь присутствующие, а может кто-то конкретный из нас…
– У меня плохое предчувствие, – шепнула я Эндрю и заметила мимолетный осуждающий взгляд, посланный мне одним из советников. – Кустодии значительно поредели. – Энди медленно огляделся по сторонам и едва заметно кивнул. Ему было достаточно одного взгляда, чтобы подтвердить мою догадку. Плохо дело.
В процессе обучения магии я научилась доверять своим инстинктам и предчувствиям. Сила позволяла считывать окружающую обстановку и подмечать мелкие детали, которые скрыты для глаз обычного человека.
Мне не хотелось срывать церемонию и уж тем более сеять панику. Тем более помещение и прихожан проверили несколько раз. Но почему же у меня кошки на душе скребли от странного неприятного предчувствия? Затылок зудел, словно его прожигали пристальным взглядом.
Я пыталась отследить этот злополучный взгляд в толпе, но не могла найти источник тревожащий мое сознание. Неужели я себя накручиваю, ища угрозу там, где ее нет?
Присцилла достала церемониальную стеку для нанесения особых рун. Неужели из-за своей паники я пропустила важную часть обряда? Она точно произносила на латыни часть обрядовой речи, но что там было сказано…
– Эти знаки станут безоговорочным гарантом принадлежности друг другу душой и телом, мыслями и сознанием на земле и на небесах. Да будут ангелы и все присутствующие в этом зале свидетелями вашей любви.
Советница начала чертить символы на коже новобрачных на ключице в области ближе к сердцу и произнося вслух клятву верности ангелам и всевышнему.
Когда знаки были закончены, зал зарукоплескал и Владимир радостно засвистел, совершенно не соблюдая рамок приличия, на что Присцилла осуждающе покачала головой.
– Это не напоминает тебе…
Эндрю повернулся ко мне со взглядом полным смятения и испуга, но не успел договорить. Мои глаза расширились от увиденного. Всегда нужно доверять своему магическому чутью, потому что оно меня еще ни разу не подводило. Нужно лучше слышать себя, Кэтрин!