Но когда он повел меня за собой, я увидела…
– Господи, – моя рука невольно примкнула к губам, я не ожидала.
Стеклянный взгляд был направлен вдаль, а на губах все еще играла улыбка. Грудная клетка была насквозь проткнута деревянной балкой по алому пиджаку растеклось бурое пятно крови. Ему уже никто не смог бы помочь, ни одна сила в мире, было слишком поздно.
Губы Макса двигались в беззвучном повторении одного и того же имени, по пыльным щекам катились слезы. Его руки тряслись и были полностью покрыты кровью, похоже он пытался вынуть балку, но его силы для этого было недостаточно.
– Где он? – Услышала жалостливый крик за спиной и другие переговаривающиеся голоса и неприятный шелест шепота. – Где Владимир?!
Громко пробираясь через завалы Элис буквально выгрызала себе дорогу к любимому. Она еще не видела его, но реакцию можно было предугадать. С каждым шагом у меня росла тревога, а она приобретала все более испуганное выражение лица.
– О боже! Владимир… – Эл обхватила его бледное улыбающееся лицо руками. – Нет-нет-нет…
– Элис, – тихонько позвала ее, чтобы она не цеплялась за тело Владимира. Она резко обернулась на мой голос, и я уже ожидала какого-то взрыва эмоций, но ее лицо вдруг озарилось надеждой. Не к добру это.
– Кэтрин… Исцели его! Ты можешь, я знаю. – Она подбежала ко мне и схватила мою ладонь в свои руки, пытаясь притянуть ближе к Владимиру. – Как тогда Эндрю…
– Элис… я не смогу. – Слова давались мне с большим трудом. – Он мертв… – Сказать это было словно своими собственными руками убить человека. – Я очень хочу помочь, но не в моих силах…
– Нет! Ты врешь. Ты можешь исцелить… Ты же, мать его, эксимия! – Она обхватила плечо Владимира руками и начала громко рыдать. – Нет… нет-нет-нет… Ты не можешь умереть! Это нереально! – Ее рыдания перешли на вой, а потом на истошный вопль боли, отдаленно напоминающий крик умирающего животного.
Я и правда ничем не могла ей помочь, потому что не помнила как исцелять. Да и даже если бы помнила, Владимир… его душа давно покинула тело и сердце перестало биться, мозг уже точно умер и исцеление могло сделать из него зомби или чего хуже отреченного.
Макс упал на колени и начал рыдать. Он, как человек разума, твердо понимал, что ни одна магия в мире не может исцелить мертвого человека. Как бы мне хотелось быть всемогущей и предотвратить все случившееся.
– Элис, – Анна положила руку на плечо подруги, которая билась в истерических рыданиях, хватаясь за парня. – ЭЛИС! Ему уже не помочь. Пойдем, нужно исцелиться, у тебя открытая рана. Оставь… тело. – Слова сестры звучали жестко, но отрезвляюще.
Элис позволила ей поднять себя на ноги. Шатаясь на месте окровавленными ладонями она вытерла слезы и резко обернулась ко мне.
– Я в тебя верила… Я действительно думала, что ты Избранная… – пробормотала она в мой адрес. – Это все твоя вина, Кэт, – последние слова звучали холодно и убийственно, словно она собиралась повесить на меня смерть своего парня. И самое страшное – я действительно чувствовала свою причастность к произошедшему.
Не сразу поняла, что она пытается сделать. Девушка сорвала с руки массивное серебряное кольцо, прокручивая его в руке. Внутри начало нарастать всепоглощающее чувство темной энергии. Она отшатнулась в сторону и схватила мою сестру за плечо, я поняла, что здесь творится что-то неладное, но не успела среагировать.
Миг… и Элис вместе с Анной оказались в потоке бушующего адского пламени, оставив на земле черный выжженный след и бесконечное ощущение пустоты.
Глава 33
Удушающая тишина и пустота в помещении давила с такой силой, что была почти осязаема. Часы громко тикали, бессовестно нарушая безмолвную атмосферу утраты.
Церемония упокоения у нефилимов была частью обрядовой магии, которая позволяла вернуть энергию ангельской силы обратно к мировому порядку. Мы чтили традиции, даже несмотря на то что могли презирать текущие взгляды и действия Когнитиона.
Да и как мы могли не попрощаться с другом в его новом пути?
Многие из нефилимов считали, что эта сила не растворяется в небытии бесконечного космоса и вселенной, а обретает новую форму существования на стыке ординарского и алиумского миров.
Справиться с утратой боевых товарищей для охотников на демонов было намного легче с надеждой на то, что после смерти они не покидают нас, а становятся новыми братьями по оружию для будущих поколений. Такая вот своеобразная вера в реинкарнацию духа ангелов.