Иногда у меня возникало ощущение, что отчитывать меня у окружающих в крови заложено. Но я последовала совету и расслабила сознание, хоть иногда это и получалось из рук вон плохо. Мне все еще было трудно расстаться с мыслью, что происходящее это не сон или игра моего воображения.
Мы стояли на опушке леса и нашим глазам предстал великолепный огромный замок со шпилями, скрывающимися где-то в облаках. Он был в центре города, больше похожего на золотую модель места, чем на реальность. Я определенно видела это место впервые и была уверена, в том что никто из ординаров тоже о нем не знал.
– Где это мы? – спросила я, не отрывая взгляда от разворачивающегося вида. Может попробовать себя ущипнуть, чтобы проснуться?
– В Примуме – главном городе Алиума. Ну, а если местно – в Сахаре. – как и обычно Питер говорил больше, чем я спрашивала, предотвращая дальнейшие расспросы с моей стороны.
– Но ведь я думала, что в Сахаре нормально жить невозможно, – уставилась на ярко палящее солнце, задумалась о песчаных бурях и других условиях пустыни. Только сейчас поняла, что даже не заметила перемены температуры, когда мы сюда переместились.
– Уверена? – Сыронизировал он, и я поняла, что все нарушенные законы природы снова упираются в магию и высшие силы, без которых здесь определенно не обошлось.
– И зачем же ты привел меня сюда? Сам ведь говорил, что мне опасно показываться в главном городе.
– А мы и не направляемся туда. Я познакомлю тебя с тем, кто не только был одним из них, но еще и переметнулся на другую сторону баррикад по личным причинам. Если ты ему понравишься, он даже поведает, почему сражался против своих.
– Не думаю, что это хорошая идея, знакомить меня с таким человеком. – С каждым шагом все сильнее хотелось повернуть назад. Вот только я не умела перемещаться в пространстве самостоятельно и напрямую зависела от Питера и его магии.
– Он поменял свое мнение о той жизни, что у него была раньше, и каждый день пытается искупить ошибки прошлого, – заверил Пит, как всегда понимая, какие слова мне необходимо сказать, чтобы успокоить. – К сожалению, я не смогу попасть к нему в дом из-за кое-какого заклинания, но у тебя все должно получиться.
– И чем же ты так насолил этому бедолаге? – Мои брови поползли вверх. С каждым словом сказанным про него мое впечатление становилось все лучше и лучше.
– Скажем так. Ему насолил мой дед нефилим, в свое время они что-то не поделили и поэтому он поставил защиту на крови, чтобы даже его потомки не могли переступить порог его дома. Старая обида, растянувшаяся на долгие годы.
– Замечательно. И как ты себе представляешь наше знакомство? Здравствуйте, я Кэт, меня прислал к вам внук вашего мертвого врага, чтобы вы рассказали о своих грехах прошлого. Ты в своем уме вообще? – Пит остановился и повернулся ко мне.
– Как же ты любишь все гиперболизировать, Китти, – в его взгляде читался упрек, словно мои переживания были бессмысленны.
– Сколько раз тебе говорить. Не называй меня так! – Возмутилась я и он просиял, когда в очередной раз добился желаемого результата и увидел мою незамедлительную реакцию.
– Не могу ничего с собой поделать. А насчет знакомства не переживай, он осведомлен о твоем приходе.
– И под «осведомлен» ты имеешь в виду…
– О твоей природе он ничего не знает. Но, если захочешь ему рассказать, право твое. Я настаивать на секретности не буду. – Пожал парень плечами и подвел меня к высоким воротам.
– И как мне вернуться если ты уйдешь? – Похоже, он не учел тот факт, что порталы отслеживаются Когнитионом и коллегиями, а как он перемещаться я пока не могу.
– Он тебе поможет. У него есть безопасный способ. – После этого Питер чмокнул меня в щеку и испарился.
Отлично, и вот ты снова одна, Кэт. На другом материке осталась без возможности вернуться домой, не прибегая к посторонней помощи.
Я позвонила в огромные ворота, надеясь на то, что меня не оставят стоять на пороге как дуру. Уж тем более меня сюда лично никто не приглашал. Ну спасибо, Питер! Я ему это еще припомню.
Спустя пару минут дверь открыла пожилая женщина с глубоком морщинкой между бровей. Она мило улыбнулась мне и поманила за собой.
– Здравствуйте, – неуверенно протянула я, потому что мне ни имен ни фамилий не называли. Господи, как же неловко. Пит вроде говорил «он», а не «она», но женщина покачала головой, глядя на протянутую для приветствия ладонь и снова поманила за собой. Похоже, она не могла говорить.