Зачем-то оглядевшись по сторонам, словно ожидая опасность, один из новеньких робкими шажками приблизился к группе и склонил голову набок. Николь пробежалась взглядом по незнакомому лицу: ничего выдающегося в нем не было, но встреть она парнишку за пределами Академии — непременно узнала бы в толпе. Что-то цепляло, но не как девушку — как человека.
— Я Джереми. Можно просто Джерри. Думаю, завтра поближе познакомимся, устал с дороги. Я пойду, хороших снов вам, — парнишка одарил всех солнечной улыбкой и бесшумно исчез за дверью. На короткий миг Николь показалось, что в коридоре стало чуточку светлее.
— Ну что, и кто из нас в итоге оказался прав, Ади? — Агнес ткнула пальцем в грудь недовольного друга.
— Один-один.
— Ну класс, сначала сладкий, теперь еще и эти двое. Не Академия, а цирк уродов, — Лукас пренебрежительно фыркнул. Упустить такую прекрасную возможность съязвить было выше его сил.
Где-то за дверью вверх взметнулся окольцованный средний палец.
Глава 6
Трек для атмосферы — Halsey - Control
Николь лениво плелась по коридору, рассматривая однотипные гладкие стены. В голову невольно прокралась мысль, что ремонт сделали назло ей одной: в этом мнимом лабиринте заблудиться не составляло никакого труда. Высокие серые потолки пугали грациозной строгостью — с невозмутимым ликом они велели каждому гостю склониться перед их величием. Гнетущая тишина воцарилась в Академии еще с момента реконструкции, и теперь каждое неосторожное движение разносились эхом по всем этажам. Казалось, что кроме семерых участников группы и капитана здесь никого больше не было. Остальные одаренные, которых Николь видела на собрании, видимо, проживали в противоположном крыле здания. Пару раз она встречала девушек из других групп в душевой, но желание завести новые знакомства никто не изъявлял. На первом этаже располагался медицинский блок, да и обслуживающий персонал явно находился где-то в станах Академии, но их присутствие совершенно не ощущалось.
Тренировочный зал встретил Николь приятной тишиной и чужим неподвижным силуэтом. В самом углу, на серебристых пуфах, развалился один из прибывших вчера близнецов — кажется, это был Макс. Николь бросила короткое приветствие.
— Клиффорда еще нет.
«Весь запас дружелюбия явно достался брату», — подметила девушка, приземляясь рядом. Впереди ждал еще один день, который ей придется прожить на автомате. Уже не в первый раз Николь ловила себя на мысли, что здесь она лишь сторонний наблюдатель. Девушка берет в руки подзорную трубу, осматривает ее со всех сторон, прикрывает один глаз, вглядывается повнимательнее — и вот она, знакомая картинка: звонок из Академии, неспешные сборы… Потом образ пропадает, будто кто-то щелкнул затвором, — и снова нечеткое изображение: встреча с бывшими друзьями, знакомство с Кристофером… Но ни одна из картинок не цепляет Николь — она пытается ухватиться за двадцать пятый кадр, вечно ускользающий из-под ее взора.
— Потренироваться пораньше пришла?
Низкий, покрытый грубой ржавчиной голос отвлек от поисков последнего кусочка пазла.
— Мою способность в одиночку не потренируешь, — пожала плечами девушка.
— А что у тебя?
В ласковом утреннем свете его глаза приобрели особый оттенок: светло-зеленые с темными вкраплениями. «Хризолитовая долина», — так окрестила их Николь, и ей почему-то подумалось о спокойствии.
— Телепатия, — отозвалась она после небольшой паузы, — для такого нужен напарник, а тебя калечить мне бы не хотелось.
Девушка мягко улыбнулась, с удовольствием поддерживая диалог. В стенах Академии простое общение оказалось куда более ценным ресурсом.
Парень многозначительно хмыкнул.
— А остальных из группы, значит, не жалко?
«Бросила бы в горящий котел и глазом не моргнула. Ладно, Крису, может, протянула бы спасительную палочку. Но короткую. Очень короткую».
Девушка промолчала: втягивать постороннего человека в прокисшие от давности обиды не было смысла. Да и какой он, этот новый человек, ей только предстояло узнать. Каждый здесь хранил что-то за душой, будь то смерти, предательства или пошатнувшийся рассудок. Трагедия отметила всех — оставила особое клеймо, не стираемое ни временем, ни лекарствами, ни другими людьми.
Сколько они сидели так, в тишине, Николь не знала. Услышала лишь торопливые шорохи в коридоре, когда в проеме показалась лохматая макушка. Точно такие же хризолитовые глаза забегали в поисках брата и тут же уткнулись в пол при виде девушки. Наконец Николь смогла внимательно рассмотреть парней — она без стеснения скользила взглядом от одного к другому, подмечая различия. Не считая телосложения, выдавала их только прическа: Макс носил короткую стрижку, а на голове Джереми красовалось милое гнездышко из пушистых волос. А еще он все время улыбался. Николь не видела ни единой причины для радости, но искренность мальчишки подкупала.