И сейчас, стоя в небольшом зале напротив капитана Военной Академии, Николь пыталась выудить из памяти хотя бы один случай, когда человек попадал в ее сети, не столкнувшись при этом с темнеющими карими радужками. В голове было пусто. Ни одной ситуации.
— Думаю, вы правы, — ответила она после небольшой паузы, — во всяком случае, по-другому я еще никогда не пробовала.
Гарет неопределенно покачал головой: ему хотелось довести до совершенства навыки каждого из группы, но сделать это в установленные Уэстерном сроки казалось невыполнимой задачей.
— Телепатия — это не про взгляд. Телепатия — про ощущения. Если ты постараешься, то сможешь обойтись и без зрительного контакта. С первого раза, конечно, не получится — для этого нужно время. Но начинать стоит уже сейчас.
Ей хотелось верить. Верить в то, что она сможет самостоятельно защитить себя при необходимости, поэтому решительно шагнув в центр зала, Николь всем видом показала свою готовность.
— Кристофер, вставай рядом со светодиодными лампами и зажги их, — Клиффорд указал на несколько светильников, висящих на стене. — Закрой глаза или смотри в пол, главное — не пересекайся взглядом с Николь. И ни при каких условиях не переставай подавать ток. Твоя задача — продержаться столько, сколько сможешь. Заодно и выносливость потренируешь.
Парень кивнул, без особого интереса рассматривая реквизит.
— А ты постарайся добраться до его сознания любым путем. В идеале — заставь потушить лампы. Можете приступать, — капитан отошел на пару шагов назад, подавая сигнал к действию.
Мальтизерс легко пробежался пальцами по крохотным лампочкам, и комната озарилась бледно-розовым сиянием. Невидимые крупицы волшебства взмыли в воздух, оседая на легких приятным теплом, и Николь невольно залюбовалась чудесной картиной. Опущенные ресницы Кристофера слегка подрагивали, бросая тени на бледную кожу. Тонкие длинные пальцы, плавно скользившие по ряду переливающихся светодиодов, казались современным произведением искусства, вылепленным из полимерной глины талантливым скульптором. Захотелось дотронуться. С трудом оторвавшись от разглядывания Криса, еще более холодного в дивном мерцании огоньков, девушка сморгнула непрошенные мысли и, глубоко вдохнув, попыталась сосредоточиться на задании. Было слишком непривычно. Она не знала, за что зацепиться, чтобы снова поймать ту незримую нить, ведущую к чужому разуму. От избытка ощущений Николь медленно прикрыла веки. Пустота. Тишина. Одиночество. Она распахнула глаза и с озадаченным видом закусила губу. «У каждой головоломки есть верное решение. Иначе какой в этом смысл?», — убеждал ее внутренний голос, и она охотно ему верила. Цепкий взгляд блуждал по силуэту напарника, ища любые подсказки, но все попытки ощутить энергию Кристофера закачивались провалом: девушка стучалась в закрытую дверь, не в состоянии подобрать подходящий ключ.
В соседнем зале продолжался поединок Адама и Макса. Кинг упорно швырял по комнате инвентарь, а противник блокировал его энергетическим полем. Чаще всего реквизит падал, ударяясь о блок Хейза, но иногда вещи разлетались на мелкие кусочки, не выдерживая силы удара. За всем происходящим следили сразу три пары глаз: Агнес, пристально наблюдающая за соблюдением правил поединка, Лукас, подбадривающий друга, и Джереми. Последний смотрел внимательнее всех, боясь упустить хоть одну деталь. Он словно любовался братом и тем, с каким упорством тот отбивал каждый летящий в него предмет. Когда Адам перешел на реквизит покрупнее, зрачки Джереми расширились, и парень чуть подался вперед, нервно сжимая ладонями колени. На подкорке вертелась лишь одна мысль: «Поскорее бы это закончилось».