— Что-то мы затянули, парни, — выкрикнул Том, — так весь запал растеряем, — он поднялся на ноги и дал команду остальным.
Первый удар пришелся по ребрам, выбив из мальчишки болезненный стон. По инерции он перевернулся на бок, ловя еще один не менее сильный пинок под грудь. Кости ныли и скрипели, будто их прижигали паяльником. Пытаясь выбраться из мертвой хватки, Джереми затрепыхался что есть силы, но ноги разъехались, и он окунулся в грязь. Грубые руки скрутили в узел белоснежные волосы и со всей силы рванули наверх. Теперь полностью открытое и ничем не защищенное лицо было задрано к небу. Мальчишка смотрел на сгустившиеся серые тучи, мысленно молясь о том, чтобы его не стало. Чтобы Джереми Хейз, младший из близнецов, испарился в одно мгновение, оставив после себя лишь горстку мокрой золы.
Но чуда не произошло, и область переносицы пронзила глухая боль. По подбородку заскользили горячие потеки — капли заляпали хлопковый джемпер, расплываясь уродливыми красными кляксами. От стального привкуса во рту начинало мутить, но все ощущения слились воедино. Джереми заходился в истерике от страха и боли, глотая мутноватую жижу из крови и слез. Соленые дорожки на щеках прожигали кожу, а измученное тело содрогалось в конвульсиях. Звон в ушах достиг апогея — мальчишка не слышал ничего, кроме собственных всхлипов. Сверху кто-то навалился —Джереми сделал глубокий вдох, но легкие так и остались пустыми. Разум начинал угасать, и парнишка почувствовал, как тяжесть на спине растет. Пытаясь стряхнуть чужие руки, он из последних сил дернулся назад, с криком распахнув глаза.
Лес растаял. Дождь затих. Чудовища исчезли. Остался только груз, не дающий пошевелиться. Наконец прозрев, Джереми увидел брата — тот сидел рядом на кровати и тормошил его за плечи.
— Джер, ты меня слышишь? Джер? — серьезное лицо старшего Хейза нависло прямо над ним.
Парнишка хотел ответить, хотел объяснить, но даже найдя подходяще слова, так и не разомкнул бледные губы. Он всматривался в глаза брата, будто это могло удержать его здесь, в безопасности и тепле.
— Ответь мне, ну же. Это был просто сон, слышишь? — Макс без остановки что-то говорил, но слова звучали безликим шумом на фоне единственной мысли: «Дом».
Сердце рухнуло.
— Ты… ты пришел, — только и смог вымолвить мальчишка, протягивая трясущиеся руки к близнецу. Он прижался к родному телу брата, обвив его руками-лианами и зарывшись носом в шею. Вдох наконец подарил свободу.
— Ну все, — Макс коснулся пушистой макушки, приглаживая растрепанные волоски, — ты в Академии, рядом я — все в порядке.
Джереми не слушал его, молча наслаждаясь объятиями сильных рук. Они не причиняли боль — они ее забирали. Время шло, но отпускать он не спешил — не хватило бы духу.
— Снова Том, да? — тихо спросил Макс, пытаясь заглянуть брату в глаза. Тот неохотно оторвался от спасительной крепости и закивал, нервно щелкая пальчиками. Джереми не замечал, что слезы продолжали литься из глаз нескончаемым потоком. Он попытался вытереть лицо рукавом пижамы, но только размазал все по щекам.
— Он снова это делал, — еле слышно заговорил мальчишка, — снова тот лес, снова я убегаю, снова они догоняют и снова все это… — голос сорвался на полуслове.
Макс тяжело вздохнул, смотря куда-то вдаль.
— Это из-за того, что случилось прошлым вечером? Из-за драки ты опять окунулся в это дерьмо?
Джереми пожал плечами.
— Наверное… ты же знаешь, что я не переношу всего этого, — он опустил голову, разглядывая белую простынь. Паника отступила, сменившись звенящей тишиной и разъедающей пустотой, словно его лишили чего-то очень важного. Вырвали кусок души из груди, перевернули, разворошили и вернули обратно — в руки.
— Знаю, я это знаю.
Они сидели в тишине до тех пор, пока пульс не выровнялся — и неважно чей. Детская привычка, забытая еще в далеком прошлом, но такая нужная сейчас. Джереми думал о том, что рядом с братом все проблемы мира исчезали. Испарялись при виде сильного и спокойного Хейза. Не более, чем наивная иллюзия, но иных способов они не знали.
Макс глянул на время и, хлопнув себя по коленям, поднялся с кровати.
— Я пойду. До подъема еще четыре часа, нам обоим нужно выспаться.
— Стой! — Джереми подскочил на месте — пружины прогнулись под тощим телом. Если бы не закрытая дверь, крик разнесся бы эхом по коридорам.
Макс в недоумении вздернул бровь, и мальчишка стушевался.
— Останься, — все же прошептал он, виновато отводя глаза в сторону, — пожалуйста, не уходи. Я понимаю, что это странно, и понимаю, что…но все равно… пожалуйста.