− Возможно появились какие-либо воспоминания? − беру планшет.
− Да.
Тут же возвращаю на него взгляд и тело невольно напрягается.
− Я вспомнил своих родителей. Какое сегодня число?
− Третье мая.
− Уже третье. Значит завтра дата их смерти. Я вспомнил, как приходил на кладбище и обязательно приносил любимые мамины цветы. Белые розы. Вот только не помню причину смерти, пытаюсь, но не выходит.
Не лучшие воспоминания. Нужно что-то теплое, а не угнетающее.
− Смерть неизбежна. Но возможно помнишь что-то из детства? Может у вас было какое-то любимое место с родителями или семейная традиция?
Двигаю ближе стул, кажется я нащупала место, за которое можно зацепиться, чтобы начать разматывать клубок его памяти. Вот только все еще стойко уверена, что его память пострадала не так, как он описывает. Но зачем-то он ведь заговорил о родителях.
Именно о них, а не о чем-то другом.
И я чувствую, что не просто так. Вижу, что пациент №1881 чего-то хочет от меня. И похоже решил проверить мою интуицию и понимание.
Что ж, я согласна. В любом случае уже ввязалась в эту историю с головой.
Глава 15: "Лучший кандидат"
Не испытал страх от непонятного приступа, готовился к чему-то подобному. Пусть не врач, но очевидно любому − моя голова сильно пострадала. Вероятнее можно сравнить с сильной контузией. Я может и прихожу в физическую норму, но чувствую торможение умственной деятельности. С моим мозгом и нервной системой явно не порядок.
Но после приступа надоедливый писк в голове стал тише. Ночью он не мешал мне спать.
Но главное не пострадала память. Вот только не уверен, что она не даст сбой дальше. А значит мне нужно перестраховаться. Мне нужен человек, которому смогу передать важную информацию и довериться. Выбора нет. Если этого не сделать и однажды память даст сбой, то важная информация будет навсегда утеряна.
И пока у меня один кандидат. Ксения.
Она постоянно рядом и кажется смышлёной. Но еще предстоит удостовериться в ее смелости. Не могу рисковать в пустую. Если тут же побежит сдавать информацию, то последствия могут быть непоправимы.
Но я редко ошибаюсь в людях. Точнее редко ошибался. Ксения на первый взгляд кажется надежным человеком.
− … или семейная традиция?
Я блефую. Дата не верная. Родителей убили четвертого октября. Но если и дальше продолжу играть полную забывчивость, то вызову ненужное подозрение.
Знаю, как работаю наши, помимо камер и прослушке они должны были запугать всех, кто имеет со мной связь. И приказ должен был быть коротким и четким: докладывать любую информацию. Вот им и информация. Пусть пока посмакуют.
− Я был слишком юн, когда они погибли. Не могу вспомнить чего-то конкретного. Даже лиц не могу вспомнить, но уверен у мамы была прекрасная улыбка.
Меня перебивает знакомая мелодия, именно так звучит ее телефон.
− Извини. Важный звонок. Слушаю.
Слышу, как она отходит в сторону, по яркому пятну понял, что там окно.
Мне не говорят на каком я этаже, но по звукам, которые доносятся с улицы, когда окно открывают на проветривание, сумел определить, что примерно третий. Как и по звукам понял, что окна выходят на задний двор, вероятнее место для прогулок пациентов.
− Остановитесь и послушайте. − улавливаю нервные нотки. − Моя фамилия Соболева, а не Соболь. И в нашем отделе такого врача нет, проверьте еще раз информацию. До свидания. Идиоты.
Последнее слово звучит тише, но меня волнует иное. Впервые слышу ее фамилию. И от нее в горле ком.
Соболева. Вот это совпадение. В 99% просто однофамильцы. У Бати не было семьи, мать его вместе хоронили, и она последней из рода была. Он отдал всего себя службе и мне внушил, что в нашем деле нет места для близких. И это правильная позиция. Сложно представить, что испытал бы близкий человек, когда я просто исчез.