Чувствую ложь. Слава быстро из себя выходит, вспыльчивый, разговоры не особо любит, но сейчас еще и потерялся. Значит в чем-то врет.
Больно от одной мысли, что он может изменять мне. Пусть последнее время у нас недопонимание, но мы все равно не чужие люди.
Собираю тарелки, включаю воду, но только беру губку как ощущаю в кармане халата вибрацию. На экране номер Алины.
− Что случилось?
Сразу задаю вопрос, иначе она бы не звонила так поздно.
− Снова приступ! − в ее голосе паника, а на заднем фоне слышу болезненные стоны. − И я не знаю, что делать! Препарат ввела, но ему не легче!
− Черт! − в груди вспыхивает тревога. − Поставь меня на громкую!
− Но…
− Давай же!
Вариантов у меня больше нет. Добираться слишком долго, даже если вылечу сейчас. А в нашем случае действовать нужно быстро.
Открываю окно, чтобы впустить в комнату звуки двора и скрыть от Славы разговор. Пусть он и занят футболом, но если услышит что-то, то без вопросов не обойдемся. А вопросы касательно пациента №1881 мне не нужны.
Глава 18: "Хитрый план"
− Я рядом, слушай мой голос! − сквозь уверенность проскальзывают взволнованные нотки. − Возьми его за руку…
К моей руке прикасаются холодные, влажные пальцы. Медсестра в панике. Прежде чем позвонить моему врачу металась по палате не зная, как поступить. Еще и вколола что-то мерзкое, ощущение, что по венам расползается песок.
Но я продолжаю изображать приступ.
Еще одна проверка. Мне было важно увидеть реакцию Ксении.
Хотя после ее ухода прошлые симптомы повторились, но смог справится самостоятельно. Хотя, вероятнее справился из-за того, что все еще ощущал аромат лаванды вокруг. Закрыл глаза и представил свою спасительницу.
Красивая. Намного красивее, чем рисовала фантазия. Аккуратные черты лица: прямой, но миниатюрный нос, большие серые глаза, в которых какая-то грусть, длинные русые волосы, собранные в высокий хвост. И искусно очерченные губы алого оттенка. На ней не было макияжа, но он и не нужен. И фигура у нее прекрасная, пусть и не высокого роста.
Если бы она встала рядом со мной прошлым, то была Дюймовочкой. Вот только она не добрая девочка. По взгляду все сразу видно. У нее не просто грусть, у нее глаза человека, который испытал не мало дерьма. Они потухшие. И дело явно не в работе.
Были бы мне были доступны прошлые каналы связи, собрал на нее информацию за час. Пока придется довольствоваться логикой.
− Легче… − болезненно стону. − Только не орите.
− Ксюша, ты моя спасительница! − медсестру трясет.
Странно, что с такой слабой психикой она вообще работать в подобном отделении. Еще и допущена ко мне. Похоже близка к заведующей, может ее родственница. Другого объяснения нет.
− Я буду через час! − слышу строгий голос своего врача.
Прекрасно. Я просто хотел проверить реакцию, но такой исход куда лучше. Понимаю, у нее выходной, вероятно есть личная жизнь, хоть и не проболталась за все время рядом со мной, но сейчас она нужна мне здесь.
Время не на моей стороне. И пока враги действуют на опережение. Именно враги, потому что те, кому я бы мог довериться, все еще не явились ко мне. И вариантов два: их уже убрали или не сообщили, чтобы не вмешивались.
− Точно легче? − наклоняется надо мной и прикладывает пальцы к лбу.
Дергаю головой. Хочу, чтобы она ушла. Вызывает раздражение.
− В порядке. Уже сообщили о моем зрении?
− Да.
Усмехаюсь.
Значит утром у меня будут гости. Отлично. Рассмотрю генерал-полковника. Возможно уже видел его.
− Введу еще успокоительное.
− Не нужно. − получается агрессивнее желаемого, медсестра сжимается. − Алина, я в порядке, кнопка на месте. Можете идти.
− Л-ладно…
Я явно ей не нравлюсь. Боится. Из-за меня у них проблемы и не нужно быть гением, чтобы осознать это.
− Хотя подождите. Мне нужно привести мысли в порядок и поработать над моторикой. Есть чистая тетрадь и ручка? Хочу вести личный дневник. − продолжаю тяжело дышать, чтобы по ту сторону камер ничего не заподозрили.