Несмотря на снижение взрывной мощи, скорость их атак увеличена, поэтому времени на отступление остаётся значительно меньше. Вы обязаны это учитывать. Командир третьего отряда едва не поплатился жизнью из-за своей нерасторопности вкупе с неосведомлённостью, столкнувшись с девиантами впервые. Рюк понуро опустил голову. Хоть генерал и не упомянул тактично о том, что его подчинённый пострадал не меньше по его милости, сам командир прекрасно это осознавал и корил себя.
- В целом, это всё, что я хотел сказать. Прошу вас не задерживаться, ставьте подписи и отправляйтесь к отрядам. До построения остался ровно час, - сказал он, взглянув на часы, - Ирина, вас я попрошу остаться. Девушка побледнела от неожиданности, но попыталась это скрыть и коротко кивнула. Когда за остальными командирами закрылась дверь, Семён Григорьевич поднялся со своего места и несколько раз прошёлся по кабинету. Гнетущая тишина давила на нервы, Рина не выдержала и первой оборвала молчание:
- Что-то случилось? - невинно спросила она. - Случилось, - коротко ответил генерал, и вновь раздражённо зашагал по кабинету. Сердце командира ушло в пятки. Ноги стали ватными, и она ухватилась за край стола, стараясь удержать равновесие. В этот момент генерал обернулся и заметил наконец её плачевное состояние. - Что с тобой? Садись, я принесу воды. Ты белая как полотно, заболела? - заволновался он.
Девушка плюхнулась на стул, с благодарностью приняла стакан с водой, в миг осушив его, и лишь после этого смогла продолжить разговор: - Простите, Семён Григорьевич, я плохо спала. Но я в порядке, продолжайте, пожалуйста. Генерал горестно вздохнул, потёр переносицу, хоть он и не носил очков, и будто наконец решившись, отчеканил: - В городе Н произошла массированная атака протуберанцев. В новости эту информацию не пропустили, поэтому никто из вас ещё ничего не знает о случившемся. В ходе атаки погибло в полном составе несколько отрядов жнецов.
На этих словах он будто охрип, прервался, чтобы налить себе воды, и лишь минуту спустя смог говорить дальше. Рина застыла, словно восковая статуя, пытаясь осмыслить слова генерала. Он тем временем с трудом продолжил: - Бесчисленное множество бойцов ранены, о количестве погибших гражданских нет даже точных данных, так как неизвестно, сколько людей находится под завалами. Их управление запрашивает подкрепление. На то, чтобы собрать новые отряды, отыскать медиумов и ворожей нужно слишком много времени. Для спасения пострадавших из-под завалов тоже нужны люди. Я не могу отказать, даже по соображениям совести, пойми меня, пожалуйста.
Рина наконец осознала весь кошмар происходящего, и события вчерашнего для показались ей теперь сущим пустяком. Жнецы погибли. А её отряд командируют. И они тоже погибнут там. Город после массированной атаки - чудовищно опасное место. От переизбытка негативной энергии Эрайнаико открываются в разы чаще. Спирит становится бесчисленное множество, они буквально кишат на улицах. Угроза обрушения зданий, мародёры, дезертиры... Рина видела всё это семнадцать лет назад и постаралась полностью стереть из памяти, а теперь всё повторяется вновь.
Она беспомощно хватала ртом воздух, силясь побороть накатившее отчаяние, но паническая атака уже вовсю властвовала в её сознании. Генерал выхватил из нижнего ящика стола бумажный пакет, припасённый для Рины как раз на такой случай, и протянул ей. Старательно дыша углекислым газом, девушка стеклянными глазами смотрела на генерала. Он помолчал, мучительно подбирая слова, потом заговорил, будто оправдываясь: - Отправить третьих я не могу, ты сама видела, в каком состоянии их командир. Первый отряд является основной мощью нашей базы, наравне с четвёртым. Остаётся пятый и второй. Держитесь вместе, и всё будет хорошо. Я уверен. Семён Григорьевич сказал это так неуверенно, что Рина горько усмехнулась.
Она и сама прекрасно понимала, что генерал прав. Он никогда бы не отпустил Рину, будь у него возможность отправить Рюка. Но теперь ничего изменить было нельзя. "Спасибо хоть, что вместе с пятыми", - отчаянно подумала она. Одни в чужом городе среди незнакомых жнецов, особенно в Изнанке... Даже думать о таком было невыносимо. Но жизнь всегда диктует свои правила, это лидер усвоила давно. Остаётся лишь подчиниться. По крайней мере до той поры, пока не забрезжит надежда перевернуть устоявшийся миропорядок, продиктованный Единым Сознанием. Как сильно она ненавидела его, как страстно желала уничтожить, знала лишь она одна.
- Когда мы отправляемся? - хмуро спросила Рина. - Через три дня будет поезд в ту сторону. На самолёты разрешения теперь не получить, слишком опасно. - Даже на военные и частные? - поразилась девушка. - Ты поймешь, почему, когда прибудешь в Н, - устало произнёс генерал, - мне бы тоже не хотелось тратить время на железной дороге, но, как ни крути, теперь это самый безопасный вид транспорта. Когда Эрайнаико возникают в автомобилях и самолётах, у людей нет ни единого шанса на спасение. В электричках и поездах же имеется стоп-кран, позволяющий убежать хоть кому-то. И у жнецов больше пространства для манёвров.