Я вернулся в прихожую, снова приоткрыл дверь и исполненным сочувствия тоном сказал в щелку:
— Очень сожалею, но он занят домашними делами.
— Ну-ну, — насмешливо прорычал Крамер. — Теперь, когда и Тэлботт заявился, у вас тут полный дом. Все шестеро в сборе. Открывайте дверь!
— Хо-хо! Кого вы хотите настращать? Вы следите едва ли не за всеми нашими сегодняшними гостями и, надеюсь, не перестанете подозревать Тэлботта только потому, что он нам нравится. Кстати, как зовут телефонистку и официанта в «Черчилле»?
— Я все равно войду, Гудвин.
— Что ж, попробуйте. У нас еще не было случая проверить крепость этой цепочки, и мне интересно, какой натиск она способна выдержать.
— Именем закона откройте!
Я был настолько удивлен, что едва не открыл дверь, чтобы получше разглядеть Крамера. Сквозь щель я мог смотреть на него только одним глазом.
— Вы бы послушали сами себя, — произнес я так, словно не верил своим ушам. — И это вы мне такое заявляете? Как будто не знаете, что именно закон не позволяет вам войти сюда. Если вы уже готовы произвести арест, скажите мне, кого надо задержать, и я позабочусь, чтобы он, или она, не ускользнул. В конце концов, у вас нет на них монополии. Они были в вашем распоряжении целую неделю, а Вулф провел с ними меньше часа, и вам уже невмоготу! Кстати, никто из них не уклоняется от беседы с вами, так что не вздумайте предъявлять им такое обвинение. Они просто не знают, что вы здесь. Мистер Вулф просил не тревожить его. Но я подслащу вам пилюлю: он еще не раскрыл преступление и, вероятно, не раскроет раньше полуночи. Вы поможете сберечь время, если назовете мне имена…
— Замолчите! — прокаркал Крамер. — Я пришел к вам по-приятельски. Закон не запрещает Вулфу принимать людей в своем кабинете. Но и мне он не запрещает присутствовать там.
— Это верно, — искренне согласился я. — Но лишь в том случае, если вам удастся войти. Как быть с дверью? Перед вами дверь, которая находится под защитой закона. По одну сторону двери стоит человек, который не может ее открыть, а по другую — человек, который не хочет ее открывать. И по закону…
— Арчи! — донесся из кабинета сердитый зов. Так громко Вулф вопит в очень редких случаях. Послышались еще какие-то звуки, затем зов повторился: — Арчи!
— Извините, — поспешно пробормотал я, захлопнул дверь, бегом пересек прихожую и заглянул в кабинет.
Серьезных причин для тревоги не было. Вулф по-прежнему восседал за своим столом. Стул, который я принес Тэлботту, был опрокинут. Дороти стояла спиной к столу Вулфа, брови ее вознеслись на рекордную высоту. Одри Руни забилась в угол возле большого глобуса, прижав кулачки к щекам и вытаращив глаза. Пол и Бродайк тоже были на ногах и смотрели на середину комнаты, где, судя по их застывшим физиономиям, разворачивалось некое завораживающее действо. Но на самом деле в кабинете шел заурядный кулачный бой. Когда я входил, Тэлботт достал шею Сэффорда хуком правой. Я закрыл дверь, и в этот миг Сэффорд ответил мощным ударом Тэлботту по почкам. Кроме шума битвы, тишину в кабинете нарушало только взволнованное бормотание Одри Руни:
— Дай ему, Уэйн… Дай ему, Уэйн…
— Много ли я пропустил? — сердито осведомился я.
— Останови их! — велел мне Вулф.
Правый кулак Тэлботта скользнул по щеке Сэффорда, который, в свою очередь, опять съездил противнику по почкам. Потасовка велась безупречно и по всем правилам, но, поскольку Вулф был моим начальником и терпеть не мог сумятицы в своем кабинете, я сделал шаг вперед, ухватил Тэлботта за шиворот и рванул с такой силой, что он, налетев на стул, упал. Затем я проворно преградил путь Сэффорду, который уже занес руку для удара. Я даже подумал, что сейчас он врежет мне, но все обошлось.
— Чего это вы вдруг? — спросил я.
Одри схватила меня за рукав и злобно затараторила:
— Зачем вы ему помешали? Уэйн точно свалил бы его! Это уже бывало!
Судя по ее голосу, Одри была вскормлена не молоком матери, а кровью врагов.
— Тэлботт отпустил замечание в адрес мисс Руни, — по собственному почину объяснил мне Бро-дайк.
— Выпроводи его вон! — гаркнул Вулф.
— Которого из них? — уточнил я, глядя одним глазом на Тэлботта, а другим — на Сэффорда.
— Мистера Тэлботта!
Дороти тем временем нахваливала его:
— Ты прекрасно дрался, Вик! Эти глаза, горящие азартом битвы! Ты был так красив! — Она прижала ладони к щекам Вика, заставила его наклониться и, вытянув шею, чмокнула в губы. — А вот и награда!
— Вик уходит, — сообщил я ей. — Идемте, Тэлботт, я выпущу вас на улицу.