— Потому что он не просто боится ментов, а боится до дрожи в коленках. Ведь болгарская милиция в ходе расследования обязательно бы обратилась к нашей, — для координации действий, — затараторил Швед, спеша высказать сверкнувшую догадку. — Из этого следует вывод, что Болтуть не просто примитивно воровал на своей «Оптике», а проворачивал аферы такого масштаба, что мы и представить не можем. Кроме того, действовал на свой страх и риск, не имея никакой крыши. Наверно, случайно набрел на некую золотую жилу и не захотел ни с кем делиться. Патологический жмот.
— Ай да Швед! — подивился Прищепкин его проницательности. — Надо позвонить Холодинцу, пусть на «Оптике» попасется. Может, что-нибудь вынюхает? А теперь берем Федотко под микитки и — в милицию.
— А не урежет ли нам потом Болтуть за это гонорары? — вслух подумал Швед.
— А не зарежут ли Болтутя, если мы этого не сделаем?
До ментовки Холодинец несколько лет проработал на производстве и поэтому как добыть требуемую Прищепкиным информацию смекнул довольно быстро: с помощью рабочего класса, гегемон ведь в любом деле был молотком.
И Холодинец засел в «Мутном глазе», то есть пивбаре, облюбованном рабочими «Оптики», куда они толпами вваливались после смены, дабы приводить себя в нужное вдохновленное состояние.
Ушки на макушке. Ну, кто из вас Родине поможет?
Разговорчики все те же. № 1 — кто, где, с кем и сколько выпил. Самое любопытное, что это было интересно не только рассказчикам, но и остальным членам компании! Тема номер два: выведение на чистую воду всевозможных «любимчиков», которые ничуть не лучше других, но благодаря личным связям с мастерами получают выгодные наряды или работают в лучших условиях. Спрашивается: и это демократия?!
Ну что ж, компания за соседним столиком вроде подходящая. Подвалил.
— Мужики, выпейте со мной, а? А то одному как-то не в жилу.
— Не вопрос, наливай! — с энтузиазмом ответили работяги.
Распив с ними бутылку, с обезоруживающей прямотой. Холодинец спросил:
— Ребята, а что у вас на заводе спереть можно?
— А что нужно?
— Да я вообще-то ремонт в отцовском доме затеял, поэтому пригодится все: железо, трубы, краска… Не в магазине же покупать. Электромотор бы где-нибудь скрутил — циркулярку хочу смастерить.
— Без циркулярки ремонт начинать нельзя, это точно, — со знанием дела подтвердили работяги. — Только на нашем заводе много не соберешь — производство не то. На «Промметаллолом» лучше сходи.
— В любой шараге хоть что-нибудь да найдется, — возразил Холодинец. — Вы меня проведите на «Оптику»-то, по цехам поводите. Наверняка же в заборе есть лаз для «гонцов»?
— А как же! Нам без подогрева работать нельзя — врачи запретили. Еще пузырь поставишь?
— За мной не заржавеет.
— Ну, тогда пошли!
Через полтора часа все образцы производимой на «Оптике» продукции были в Сергуниной спортивной сумке. Для отвода глаз пришлось также взять моток проволоки и набрать в пластиковую бутыль уайтспирита… Ладно, ведь сам говорил, что в хозяйстве и пулемет пригодится.
«Кстати, насчет пулемета, — подумал Сергуня, исследовав образцы дома, — а не отнести ли мне в оружейную лабораторию эти «трубы школьных микроскопов с оптическими линзами»?» Они возбудили у него кое-какие подозрения.
Подозрения подтвердились.
— Гениально! — воскликнул опытнейший оружейник-эксперт Теплицын, после тщательного осмотра обеих труб. — На первый взгляд друг от друга они почти не отличаются, однако первая, наверно, действительно идет на микроскоп, а другая-то — готовый оптический прицел!
— Ни фига себе!
— К тому же прицел очень приличный, принципиально новой конструкции. Ничего подобного я еще не встречал.
Ай да Болтуть! В это даже трудно было поверить! На многих производствах часть продукции не фиксировалась и уходила за черный нал — это давно стало нормой. Да что там говорить, левачили целые отрасли, например, мясомолочная и рыбоперерабатывающая. Но чтобы кто-то втихаря гнал военную продукцию?!
А что если эти прицелы чеченским боевикам шли?!! На этот вопрос могли ответить лишь «особы, приближенные к императору». Однако в «Мутный глаз» те не заглядывали.
Между тем вся «выездная коллегия» Прищепкина, вместе с «воспитанным» Бисквитом Федотко, находилась в ОВД города Поморие и трудилась над составлением фотороботов Гроздана и Рашкова. Майор Марко Ковачев направил в отель двух сотрудников для поиска свидетелей и проверки отпечатков пальцев в номере Федотко и Болтутя.