Хорошо говорил Болтуть, логично и убедительно, но Зозулям от его логики слаще не спалось. Ведь всю жизнь они честно прожили, крали на работе по чуть-чуть, как все. Крутились, копеечка к копеечке на шотландский манер. А тут такое твориться началось! Ну как поджилкам не затрястись?
Людмила Карповна по-доброму завидовала Владиславу Владимировичу Собцу, главному бухгалтеру. Тот ни капельки ничего не боялся, швырял деньги направо и налево, пачками скупал какие-то акции, играл на токийской бирже, летал на карнавал в Рио-де-Жанейро, учил внуков в Итоне, охотился в Беловежской пуще, содержал пачку молоденьких любовниц, пьянствовал, обжирался деликатесами. И все делал совершенно открыто. Так, словно получил деньги по наследству или принадлежал к касте «неприкасаемых» в хорошем смысле этого значения. (То есть к тем гражданам, которые сидели, спали и жили на чемоданах качественного компромата. И которых поэтому трогать никому нельзя было ка-те-го-ри-чес-ки, ни при каких обстоятельствах, что бы они ни вытворили.) А вот Людмила Карповна так не могла, хоть ты тресни. Приобретение благ сверх прожиточного минимума вообще не приносило ей радости.
К тому же у Людмилы Карповны были соответствующие ее возрасту и стране местожительства проблемы со здоровьем: остеохондроз, фиброаденоматоз обеих молочных желез, киста яичника, язва, холецистит, энтероколит, вазомоторный ринит, гипертония, стенокардия, опущение левой почки на 35 см, подъем правой почки на 28 см, нефроптоз, кальциоз митрального, аортального и трикуспидального клапанов сердца. Что-то там еще и еще. Словом, эпикриз Людмилы Карповны был отражением истории страны, в которой власть без конца демонстрировала свою крутость по отношению к мирным, беззащитным обывателям. Поэтому даже самые незначительные нервные перегрузки стоили Людмиле Карповне таких диких прыжков давления и перебоев с сердцем, что большие деньги стали казаться ей проклятьем. Извините, крестом, который она вынуждена нести неизвестно на какую Голгофу. А зачем? Чтобы только не портить отношения с Болтутем?.. Да, других доводов она не находила. Деньги определенно ей нужны не были. Они только отравляли жизнь.
Доллары Зозули хранили в погребе под сараем, в капустной кадушке. Вряд ли это место было для них подходящим — сыро, крысы, — но Людмила Карповна подсознательно определила его вне дома.
Не зная этих деталей, Холодинец несколько перестарался, нагрянув к Зозулям с ребятами, вооруженными короткоствольными автоматами и в масках. Хорошо, что училищный курс медицины еще не совсем стерся из его памяти, и он сообразил сделать Людмиле Карповне укол димедрола и дать пару таблеток резерпина.
Придя в себя, Людмила Карповна первым делом попросила мужа принести ручку и бумагу. Однако так как Холодинец действовал на свой страх и риск, то капитуляция не сильно-то его и прельщала.
— Что вы, что вы, Людмила Карповна! Мне нужны только устные показания. Пожалуйста, не обижайтесь, но никаких повинных от вас не приму. Угостите-ка лучше ребят чаем, а я вам просто задам несколько вопросов. Считайте, что мы проезжали мимо и заглянули на огонек. Хорошо?
— Нет, — стояла на своем Людмила Карповна, — я способствовала преступным деяниям и хочу понести заслуженное наказание. Скажите, а мораторий на смертную казнь у нас ввели?
— Людмила Карповна, я понимаю ваши чувства. Однако не стану вас арестовывать и препровождать в камеру для особо опасных преступников. Там и без вас тесно. Чтобы вы как-то восстановили душевное равновесие, вам будет достаточно просветить меня в отношении некоторых аспектов деятельности «Оптики». Но сначала расскажите-ка мне о Болтуте. Он хороший специалист?
— Не то слово! Михаил Викторович гениальный механик, оптик, электронщик. Возьмем его «самонаводящийся прицел». Во всем мире нет ничего подобного!
— Первый раз о таком слышу!
— Типовая скорострельная винтовка, та же М16, устанавливается на подвижных шарнирах. Широкоформатный прицел, поймав цель, передает сигнал на «корректор», который двигает ствол в нужном направлении и замыкает цепь — производится выстрел. Отличный сторож, не правда ли?
— А также террорист-пакостник палестинского или чеченского разлива, — задумчиво добавил Холодинец.
— И таких разработок у Михаила Викторовича десятки. Некоторые он поставил на поток и поставлял заказчикам за рубеж.
— О своих изобретательских талантах Болтуть нам из скромности не рассказывал, но о его коммерческих успехах мы догадались сами. На данный момент меня интересуют его партнеры из арабского региона. Вы можете кого-нибудь назвать?