— У нас от подарков отказываться нельзя! — внушительно сказал араб, и черные маслины его глаз полыхнули черным же пламенем.
— А у нас не принято оставаться в долгу! — полыхнул в ответ русским медвежьим льдом Прищепкин и снял с руки копеечные кварцевые часы «Луч»: — На, держи!
— Русо? — радостно сообразил араб.
— Русо, — с великодержавным снисходительным достоинством Никиты Михалкова улыбнулся Прищепкин: «Надо же, везде нос воротят, а тут!»
— А мы — белорусо, — с украинской принципиальностью по этому вопросу отказался идти под русской маркой Швед, показывая на себя и Бисквита.
Чтобы не напрягать араба страноведческими экскурсами, Бисквит не дал тому и рта открыть:
— И продайте нам еще два блюда по тридцать фунтов. О’кей? — Этим жестом белорусский гастрономический спортсмен хотел также немножко опустить «шовиниста» шефа.
— О’кей! — расплылся в улыбке араб.
В глубине души Бисквит успел понадеяться, что тот откажется. В его маленькой квартирке уже была пара похожих блюд, которые ему всучили в прошлой поездке. Что торговец уподобится тому армянину в ресторанном гардеробе из анекдота советских времен: «на тэбе двести рублей на чай и палта не надо!» Увы.
Зато араб подарил еще пару жуков. Дал визитку.
В пункте проката им, конечно, зарядили столько, что оказалось дешевле купить подержанный автомобиль. И детективы выбрали почти новенький, «хитрый» «Крайслер» за восемьсот долларов. Его пробег был равен всего ста двум тысячам, однако выглядел он на добрых сто два года.
В отличие, скажем, от англичан или немцев, египтяне были нацией явно не технической (торговой, скотоводческой). С техникой, откровенно говоря, обращались по-варварски. «Американец» успел побывать в нескольких авариях и выглядел крайне непрезентабельно: с вырванным бампером, мятыми дверцами и крыльями, разбитой фарой, обтерханным салоном, словно в нем перевозили сумасшедших верблюдов. Зато мотор, который сам по себе стоил тысяч…надцать, работал безукоризненно. В него еще не успели залить хлопкового масла, в нем не ковырялся местный умелец.
По уверению хозяина автосалона, в Каире у них не должно быть проблем. Слава Аллаху, автоинспекция практически отсутствует и в столице. В арабских странах автовладельцам вообще не морочат головы с обязательными ежегодными техосмотрами и прочей мурой. Понятие годности к эксплуатации исчерпывается способностью автомобиля тронуться с места. И правильно, мудро, можно даже сказать!
Что интересно, машин на душу населения в Египте приходилось маловато: примерно как в Союзе Советских, а может, и еще меньше. Но каких! В связи с тем, что Египет — ха-ха! — был страной контрастов (мои извинения за плагиат глубокоуважаемому Мулюку Сулюкову), то есть с огромной пропастью между богатыми и бедными, то богатые в нем ездили на очень крутых тачках. А вот бедным до «шишетериев» приходилось добираться пешком. Одним словом, именно «Крайслер» и был в стране пирамид самой распространенной автомобильной маркой; «Мерседес» преследовал его по пятам.
Процедура переоформления автомобиля заняла пять минут.
— Ты на клаксон, клаксон постоянно дави! На сигналы поворотников они не реагируют! — на ходу инструктировал Бисквит Георгия Ивановича.
— Легко сказать, — вздохнул Прищепкин, притормаживая на «красный».
А вот надо, надо было ехать: впереди-то путь свободен. И в зад ему чуть не клюнул ободранный «Шевроле» последней модели.
— Козел! Не на светофор, на дорогу смотри! — наверно, прокричал ему на арабском водитель, в развевающемся на горячем ветру бурнусе, чуть ли не по пояс высовываясь из окна.
Впрочем, может быть, он обозвал его бараном или ослом, может, не обзывал никак, а просто посоветовал: не спи, друг, здесь тебе не гарем, автомобильная дорога — зона повышенной опасности. Устал?.. Сделай паузу — выкури шиш. Или опрокинь стопочку чаю.
— Шайтан их побери! — выругался Прищепкин. — Так и инфаркт можно заработать!
Уже за городом по шоссе в сторону Каира пронеслась неприметная «Мазда» с тонированными стеклами и сирийскими номерами. На нее не обратили внимания.
Проехав еще несколько километров, Прищепкин вдруг резко затормозил. Завизжали покрышки, «Крайслер» развернуло поперек дороги.
— «Растяжка»! — выдавил он.
«Крайслер» не доехал до растянутой над шоссе тонкой проволочки, наверно, привязанной за чеку некоего «тормозного» устройства, всего с метр. Разглядел же!
— Какая падла ее поставила? — беспомощно пробормотал Швед, озираясь по сторонам: они были без оружия, получить разрешение на ввоз которого в Египет было невозможно.