У меня выходил детектив. Большинство людей читать детективы не умеют. Пытаются угадать, чем кончится. Некоторые даже заглядывают в конец — кто убил? А нужно не угадывать, а играть вместе с автором: следовать за его логикой, верить его доказательствам и ловить его интуицию.
К чему говорю? К тому, что мне бы такого человека, умеющего заглянуть в конец…
Майор остановил меня в канцелярии, куда я принес для отправки повестку подруге Пашковой.
— Леденцов, матерьяльчик заволокитил?
— Вы же знаете, что это за матерьяльчик.
— И сколько будешь держать?
— Девять месяцев.
— Почему девять? — опешил майор.
— Пока не родится.
— Кто?
— А это вам виднее.
— Почему это мне виднее? — налился лиловато-бордовой краской майор под заинтересованными взглядами двух секретарш.
— Вы же специалист по НЛО.
— Зайдем ко мне, — решил он.
— Спешу, товарищ майор.
— Куда?
— В Академию кармы.
— А зачем?
Я глянул на заинтересовавшихся двух секретарш и голосом почти не приглушенным ответил:
— Узнать, почему инопланетяне не пользуются презервативами.
Не знаю, была ли эта месть со стороны майора, но в конце дня он позвонил.
— Леденцов, привез презервативы?
— Так точно, — ответил я, потому что пускаться в объяснения не хотелось.
— Послезавтра едешь в командировку в Алтайский край. Там зашились с глухими убийствами.
— На сколько?
— На месяц.
Есть мысли, от которых боязно. Мне сдается, что у милиции пропал интерес к расследованию краж, хулиганств, телесных повреждений, грабежей и прочих других преступлений. Не до них. Только убийства, ну, и крупные финансовые аферы. Или мне так кажется, потому что сам состою в убойной группе?..
Подруга Татьяны Пашковой явилась с опозданием на полчаса. Замечания я не сделал, потому что вошла высокая статная дама. Первое, что бросилось в глаза — ее взгляд, чего-то требовавший. В транспорте таким уступают место, и я поскорее предложил ей стул. Взамен молча получил ее паспорт: Ванилла Оттовна Штрейс. Пока записывал адрес и другие данные, очень хотелось спросить, не происходит ли ее имя от слова ванилин.
— Работаете?
— Юристом.
— Адвокатом?
— Заведующая юротделом фирмы.
— Солидно, — подтвердил я не столько ее слова, сколько внушительный тон.
На ней было черное какое-то расклешенное пальто с воротником-лапшой и лаковые сапоги на шпильках. Широкая бархатная лента — разумеется, черного цвета — прижимала пружинистые темные волосы. Я понял, почему все черное — из-за влажных глаз, словно налитых мазутом.
— Давно дружите с Пашковой?
— Вместе учились в школе.
— Что о ней скажете? — спросил я, допуская, что ничего не скажет.
— Танька всегда стремилась жить спокойно и комфортно. Говорила, не хочу ничего понимать и ни во что вникать.
— Теперь ее жизнь спокойной не назовешь, — удивился я.
— Это после романа с Маратом.
— Который Рыба?
— Не сказала бы…
— Я имею в виду его гороскоп.
— Марат — это комок ума и воли.
— И ушел от Пашковой, потому что она по гороскопу Дева?
Ванилла показала мне отменные белые зубы — улыбнулась, значит. Я понял, что сморозил глупость, но эта глупость не моя, а Пашковой.
— Марату не нужен менеджер на кухне.
— Какой менеджер?
— Домохозяйка.
— Она же, дизайнер…
Похоже, мое непонимание забавляло Ваниллу. Улыбку она так и не убрала. Красивая женщина: четкий прямой нос, овальные глаза цвета мазута — и все черное. Не все — зубы белые и какие-то пластинчатые. Она предложила мне поразмышлять:
— Посудите сами, должности у нее нет, зарплата мизерная, квартира однокомнатная, автомобиля нет.
— Разве дело в этом? — перебил я.
— Не в этом, — мгновенно согласилась она. — Дело в престиже. Любят женщин самостоятельных.
— Представляю, к какой он ушел. Наверное, к министерше или к народной артистке…
— Ко мне, — с вызовом бросила она.
В моей голове вышла небольшая заминка. Нет, эта женщина некрасива. Все в лице правильно: черно-маслянистые глаза, прямой нос, пружинистые волосы… Но маленькие скомканные губы, как накрашенная пухлая пельменина.