«Принцепс, — сказал Гней Юлий Агрикола, глава делегации, как только Веспасиан дал понять, что чувствует себя комфортно и может начать встречу. — Мы предлагаем вам верность и поддержку сената и народа Рима».
«И я с радостью его приму», — ответил Веспасиан, сохраняя нейтральное выражение лица; сейчас было не время показывать облегчение, которое он испытывал. «Расскажите мне о ситуации в Риме и на Западе».
«Гражданская война в Италии закончилась, хотя она продолжается на других театрах военных действий. Три из побеждённых вителлианских легионов были отправлены в Мёзию, чтобы отразить последние вторжения даков и сарматов через Дунай. Они начались, когда Антоний Прим ввёл свой легион в Италию, не посоветовавшись с Муцианом, тем самым оставив Мезию уязвимой для нападения. Муциан просил нас подчеркнуть, что поспешный шаг Антония привёл к задержке основных сил вашей армии, пока первая волна вторжений была отражена, что поставило под серьёзную угрозу ваше дело». Агрикола сделал паузу, чтобы до него дошёл смысл этих слов.
Веспасиан не отреагировал; теперь он точно знал, зачем Антоний прибежал к нему. Он собирался позже насладиться беседой с этим импульсивным, эгоистичным полководцем. «Итак, Мезия держится; хорошо. А небольшое восстание в Понте подавляет один из моих вспомогательных префектов; так что же происходит дальше на запад?»
«Ходили слухи о восстании бригантов под предводительством Венуция в Северной Британии, как раз перед тем, как мы покинули Рим, принцепс; но подробности были скудны.
Однако части четырех легионов в провинции, которые прибыли на юг в поддержку Вителлия, были отправлены обратно, поэтому мы надеемся, что Марк Веттий Болан, губернатор, справится, поскольку в настоящее время у нас нет свободных легионов на Рене, чтобы отправить его на помощь».
Веспасиан сразу понял, в чём проблема. «Восстание батавов?»
«Да, принцепс; восстание батавов, первоначально номинально поддерживавшее ваше дело, оказалось тем, чем оно на самом деле является: восстанием против Рима. Полагая, что наши легионы заняты борьбой друг с другом, а также отпугиванием даков и сарматов, мятеж распространился на другие германские и галльские племена. Последние новости оттуда: Цивилис провозгласил создание галло-германской империи в двух германских областях, Галлии Бельгике и Галлии Лугдунской. Мы отправили три легиона: Восьмой Августа, Девятый Клавдия и Тринадцатый Гемина, для подкрепления легионов, отправленных на север узурпатором Вителлием».
Веспасиан внутренне улыбнулся, услышав это упоминание о своём предшественнике, поскольку знал, что большинство присутствующих в той или иной степени его поддержали. «А кто был назначен главным и кто принял это решение?»
«Ваш зять, Квинт Петиллий Цериал, вместе с вашим сыном, Титом Флавием Цезарем Домицианом, разделяют командование. Цериал был назначен вашим заместителем Муцианом, а Домициан — Марком Кокцеем Нервой».
Агрикола указал на Нерву, стоявшего рядом с ним, и тот слегка наклонил голову. «Затем решение было принято Сенатом».
«Вот как Муциан себя величает», – подумал Веспасиан, отвечая Нерве на приветствие. Тем не менее, он сохранял бесстрастное выражение лица, переваривая известие о том, что для покорения страны, имея, пожалуй, лучшие вспомогательные войска в империи и растущее число союзников, был назначен худший из генералов: Цериал, по неопытности и неосторожности, потерял лучшую часть своего легиона, VIII Испанского, на ранних этапах восстания Боудикки в Британии; Веспасиан был свидетелем этого разгрома собственными глазами. Что же касается Домициана, у которого не было абсолютно никакого военного опыта, то это было просто глупо, но он воздержался от публичных заявлений.
«Кажется, эти назначения больше связаны с желанием угодить мне, чем с необходимостью эффективно решить ситуацию».
Воцарилась неловкая тишина, пока Агрикола оглядывался на коллег в поисках поддержки.
Нерва выступил вперёд. «Как вы помните, принцепс, вы просили меня присмотреть за вашим младшим сыном, пока вас не будет. Я просто выполнил вашу просьбу. В конце концов, он Цезарь, и, поскольку у него нет военного…
Ему пора набраться опыта. К тому же, он не пошёл с основной армией и пойдёт только со второй волной, когда они соберутся.
«Да, но по прибытии он все равно будет номинально выполнять функции совместного командования; он попытается принять решения».
«Все легаты трех легионов — люди с большим опытом, и Цериалис не позволит ему выставить себя дураком. Я подчеркнул это ему от вашего имени».