Сердце застучало слишком сильно, слишком отчетливо. Ведь такого не может быть, правда? Артем сейчас в Калифорнии, подписывает какой-то контракт на недвижимость – он полжизни занимается недвижимостью, это его стихия, и компанию, в которой он работает, знают во всем мире. И вообще – мало ли на свете людей с дурацкой привычкой, обжегшись, хватать себя за ухо?!
Тем не менее, она скомандовала набор номера Артема.
– Мммм?.. – промычал супруг сонным голосом. – Кто это? – И вдруг, разглядев, видимо, имя абонента, мгновенно стряхнул сонливость: – Ленка, что стряслось? Что с тобой?
– Все в порядке, – заверила она мужа, пристально следя за прямым эфиром, точнее – за телодвижениями гиббона; тот грелся, согнувшись над брусочком горючего. Он действительно вздрогнул десятью секундами ранее? Или ей снова почудилось? – Я тебя разбудила? Прости, не посмотрела на часы…
– Лен, точно все в порядке? Не обманываешь?
– Все хорошо. Спи. Ты ведь спишь?
– Ну да, – растерянно протянул Артем.
Ей представилось, как сию секунду тонкая, но крутобедрая мулатка водит вялым и теплым спросонья пальчиком по его обнаженной, влажной от духоты груди, и Лена в который уже раз потрясла головой.
– А ночами чайки тоже орут?
– А?
– До завтра!
Он перезвонил через несколько часов, когда в Калифорнии должно было наступить утро.
За весь день она ни разу надолго не отошла от визора. Хотя следить, в общем-то, было особо не за чем. Только «Норд» со скоростью муравья продвигался все дальше на север. Изредка ему приходилось разворачиваться, возвращаться и искать пути объезда по-настоящему непреодолимых препятствий. Но он полз, маниакально устремленный к цели. Что там получают разработчики и владельцы? Главный приз, кажется, миллион? Ну да, ради такой цифры можно не жалеть автоматику. Тем более что локаторы вездехода работают и в пургу.
Дикторы обсуждали ставки в букмекерских конторах и зачитывали сообщения от зрителей. Лене стало интересно – а когда же спят эти комментаторы? Невозможно же работать круглосуточно! Или они всякий раз – разные?
Метель утихала. За полчаса до звонка Артема вылезли из палатки участники-люди, наскоро перекусили, сложили вещи и попытались завестись. Кажется, у них не вышло ни с первого раза, ни с пятого. Пришлось тащить из багажника какую-то установку и «прикуривать» от нее.
Минут за пять до звонка зашевелился гиббон. Брикет прогорел полностью, так что его не пришлось ни тушить, ни закапывать в снег – а Лене хотелось посмотреть, как он будет это делать. Но, к сожалению, не довелось. Биомех бодрой рысью двинулся на север.
– Лен, а все-таки – что это было ночью? – спросил муж с тревогой.
– Тема, прости, – покаялась она, не отрывая взгляда от гиббона. – Это все моя разыгравшаяся паранойя. Мне вдруг показалось, что ты не в том месте, где должен быть.
– Родная, ну что за глупости? – в голосе мужа чувствовалась улыбка. – Я – тут! В том самом месте, в котором и должен.
Человечек в шкафу – такой же придаток, как и сам Артем, послушно озвучивающий чью-то волю – «Ботинки на плоской подошве, кожаные, черные…» А может, не придаток, а гибрид человека и механизма?
– Ты один?
– Ээээ… Ну, вот в сей момент – один. Через полчаса буду в конференц-зале…
– А сейчас ты идешь, да? Я по дыханию чувствую, что ты торопишься.
– Ну, не тороплюсь пока, но иду, да.
– И справа от тебя… что?
Гиббон на экране послушно повернул голову направо.
– Справа стена, – рассмеялся Артем. – Слева интереснее. Хочешь, я расскажу, что у меня слева? Здесь такой парапет вдоль набережной, весь фигурный, правда, покоцаный…
Гиббон, набрав крейсерскую скорость, лихо скакал по ледяным наростам.
– Артем, давай разведемся.
Биомех споткнулся и прокатился кувырком несколько метров.
– Солнышко, ты что такое говоришь? Тыс ума-то не сходи! Господи, надо было мне еще ночью позвонить Бессмертных… Ленка, да что случилось-то?
– Артем, мне страшно, – честно призналась она, сотрясаясь от озноба. – Я запуталась, я не знаю, где ты.
Гиббон на экране уже давно поднялся и вприпрыжку мчался дальше, к полюсу, к полюсу. Как будто достигнув его, он сможет… что? Согреться? Поправиться? Вернуться в родное тело?