Последние слова прозвучали… напряженно.
– Жива. Предлагаю сделку.
– Какую же? – отвернувшись от меня, поинтересовался он.
Я аккуратно вынул руку из кармана с зажатым в ней предметом.
– Ты убираешь пистолет на место, а я возвращаю чеку на место.
Рассмеявшись, Герасим театрально громко захлопнул ящик тумбы и отступил назад с поднятыми руками.
– Засранец. Знаешь ведь, что дома я не один. Зачем вломился?
– Чтобы получить достоверную информацию. Во всём городе правду мне скажут только два человека. И глава темноборцев – один из них.
Вот теперь Герасим посмотрел прямо мне в глаза. Усталость исчезла, и напротив меня стоял хладнокровный профессионал.
– Тогда обмен. Сначала ты рассказываешь, как вы вернулись в город и где наша машина.
– На нас совершили покушение тьмой, темноборец. Действовали наверняка – разряженная машина, просроченная краска. Так что транспорт не верну, он сгинул.
Губы Герасима шевельнулись в слове, не требующем расшифровки. Убийство тьмой было преступлением тяжким и самым отвратительным. И тот, кто посмел прибегнуть к такому средству, должен ответить по всей программе.
– Мой черёд спрашивать. Кто может передать автомобиль под полицейскую ответственность?
– Городские модели – считай, любой темноборец; мы ими особо не дорожим. Но внешний транспорт – сам знаешь ответ. Без инспекции и приказа Константина ни одна машина не покинет гаража.
– В последнее время поток грузов к Сердцу вырос?
– Это не твоя ответственность, детектив. Но да, в последнее время внешним бригадам везёт на материалы для станции. Как вы выбрались?
– Обычная квантовая телепортация. Скоро увидимся, – и я выпал из окна, приземлившись на обе ноги.
Для человека такой прыжок закончился бы переломом, но в тот миг я искренне верил, что моё тело не распадётся от такой ерунды.
Если на улицах города меня предпочитали не замечать, то появление в участке было отмечено скорбным воем. Ничего не понимая, я поднялся в кабинет шефа, поприветствовавшего меня одобрительным кивком.
– Молодец, Смирнов. Теперь половина участка должна мне денег.
– А вторая половина?
– Проявили мудрость и решили не ставить на твоё возвращение. Сержант?
– Отдыхает у меня дома. Жива и здорова.
Снова кивок.
– Чего ты хочешь? Не ради доклада ведь пожаловал.
– Пошлите наряды на аванпост и главную базу темноборцев.
Вот теперь шеф посмурнел, словно я предложил ему выпить прогорклый рыбий жир. Не знаю почему, но именно такое сравнение пришло в голову.
– Я не собираюсь начинать открытую конфронтацию с главной силой в Авроре, Инкогнито, даже если ты убедительно докажешь, что убийца из их числа.
Предсказуемо. Главное, в шефе не было и следа фанатизма – лишь здоровый прагматизм.
– Никакого противостояния. Мы получили анонимную информацию о бомбах, отправляем сапёрные бригады.
– Благовидный повод. Думаешь, достаточно, чтобы выманить преступника?
– Не выманить. Заставить действовать.
Пока я шёл к дому, в действие пришли главные шестерёнки плана. Шеф отправил людей трясти темноборцев снизу доверху, заставляя нервничать и переживать о возможных находках. Одномоментно Герасим начал обзванивать своих подчинённых в поисках виновных. Молот и наковальня – в роли загонщиков.
И я как главный охотник. К сожалению, обременённый сразу двумя приказами: не убивать и обязательно иметь при себе Светликову как свидетеля, словно девушка могла сработать в роли ангела-хранителя. Так что пришлось сперва забрать сержанта, потом добраться окольными путями до её дома, чтобы она надела новую униформу взамен испорченной мной. За время путешествия Светликова не произнесла ни слова, погруженная в собственные мысли.
Меня это полностью устраивало. Позволило остаться наедине с яростью и гневом и пригасить их до того, как мы вышли к первой пропускной Сердца.
Разумеется, нас встретили темноборцы во всей своей красе.
– Полиция? Здесь вам делать нечего, – безапелляционно заявил старший из них.
– Сообщение о заложенной взрывчатке. Обязаны проверить.
– Думаешь, я поверю такой ерунде? Проваливайте.
– С дороги, – рыкнула вдруг Светликова, – или мне связаться с отцом?
Неожиданная переменная в моей картине мира позволила миновать нам все препоны на пути и войти в корпус первого реактора. Отметив для себя необходимость разобраться в родословной Светликовой, я вновь перехватил контроль и завёл сержанта в самую непримечательную комнатку из всех – только серые стены с одинокой лампочкой на потолке. И выключателем за моей спиной. На плане станции это был один серый прямоугольник из многих.