Клод узнал о рождении Атанасии почти сразу и заточил дочь во дворце для наложниц. Бедняжка Атанасия, порядком натерпевшись от горничных, которые за ней присматривали, выросла тихой и застенчивой, словно рыба-луна.
Она впервые увидела отца в свой девятый день рождения. Невозможно даже представить, чтобы Клод вспомнил о дне рождения собственной дочери. Он закатил большой прием в честь посла из соседней страны.
Привлеченная светом и шумом торжества, Атанасия поздним вечером покинула покои Рубинового дворца и случайно забрела в сад, где и встретила Клода. Император взглянул на нее с полным безразличием и прошел мимо. Тем не менее для Атанасии, которая так жаждала родительской любви, эта встреча была судьбоносной. И впредь, пока не объявилась Дженит, она робела при виде Клода, который неизменно был к ней холоден.
В то же время девушка прилагала немало усилий, чтобы заслужить любовь отца. Она выросла утонченной и воспитанной. Но в день ее дебюта в императорском дворце, когда ей исполнилось четырнадцать, объявилась Дженит. Прекрасной принцессе покровительствовал лорд Альфиос, и всем надеждам Атанасии суждено было разбиться.
Прекрасная, блистающая Дженит сразу затмила сестру. Атанасия на ее фоне казалась невзрачной и полной печали девушкой, чей образ будто бы укутан туманом. Ничего удивительного, что окружающим больше пришлась по душе Дженит.
По мере развития сюжета книги Дженит проявляла себя как положительная героиня, читателю давали понять, что она и есть та милая принцесса. В то же время и Атанасия, несмотря на свою робость, была наделена добрым нравом. И доброта ее поистине не знала границ…
Она не завидовала Дженит, которая объявилась во дворце позже нее и перетянула на себя всеобщее внимание и восторг. Атанасия даже жалела ее, когда та, оказавшись в непривычной обстановке, чувствовала себя неловко в присутствии Клода. Она жалела ее так сильно, что даже помогала освоиться в императорском дворце!
О, боже! Ну, разве не идиотка?! Надо же и о себе подумать! Ради чего помогать сопернице?
Как бы там ни было, Атанасия уступила Дженит даже любовь отца, которой так жаждала. Наверное, «уступила» слишком громко сказано, он ведь никогда не относился к ней как к своей дочери.
А закончилось все тем, что несчастная принцесса Атанасия погибла от руки собственного отца. Случилось это тогда, как во время бала Дженит упала в обморок, сделав глоток из отравленного кубка, и Атанасию обвинили в покушении на жизнь сестры.
Обвинение было ложным. Виновницей была супруга графа, тетя Дженит. Она пошла на этот шаг, чтобы устранить Атанасию, в которой видела угрозу. Графиня мечтала сделать племянницу главной претенденткой на трон. Но это было лишним, ведь положение Атанасии, которую Клод просто не замечал, и так было жалким. У нее в любом случае не было ни единого шанса.
К тому же, бедняжка Атанасия была не способна на подобный шаг. Да если бы эта глупышка узнала о том, что Дженит в опасности, она бы сама схватила кубок и выпила отраву. Ведь больше всего на свете она боялась, что Клод огорчится, если что-то случится с Дженит. Такой уж жалкой идиоткой была принцесса Атанасия.
Все, чего добивалась графиня, – это заточить Атанасию в темницу и устранить ее как соперницу в борьбе за престол. Но Клод был не из тех, кто поддается чужим интригам. Пока Дженит была на грани жизни и смерти, он казнил Атанасию, вина которой еще не была доказана. Он совершил это в день ее восемнадцатилетия – ровно через девять лет после того, как впервые встретил ее.
Вот это злая ирония!
Глава 4
Позже стало ясно, что все беды произошли из-за коварных козней графини. Но было уже поздно: Атанасия давно покинула этот мир. Клод, для которого существовала только Дженит, не испытал ни вины, ни сожалений.
Дженит, как и положено идеальной героине, конечно, грустила по погибшей сестре. Однако ее печаль быстро растворилась в объятиях Иджекиила, ее преданного возлюбленного.
«И жили они долго и счастливо», – такими словами оканчивалось повествование. А я не знала, смеяться мне или плакать.
– Ох!
Чем больше об этом думаю, тем сильней бешусь. Мне все еще невдомек, зачем вообще автор ввел в сюжет героиню, которая должна была так нелепо погибнуть.
Та школьница, что явно была большой поклонницей этого произведения, с жаром бросилась меня убеждать. По ее мнению, Атанасия нужна была лишь для того, чтобы подчеркнуть образ деспотичного императора Клода, в чьем сердце оказалось место для одной лишь Дженит. Она еще наплела кучу всякой чепухи про очарование юности в образе принцессы и про идеальный сюжет, который искусно сочетает сюжетные линии всех женских романов. Но я быстро потеряла интерес и пропустила все мимо ушей.