— А чай? Я его приготовила и уже собралась нести вам.
Я на секунду задумался и с сожалением произнёс:
— Чай попьём позже. Сейчас меня интересует будущее, а значит, пора заглянуть в приближающуюся компьютерную эру!
Цех впечатлял. Я ожидал что-то вроде скучной аппаратной, а попал в огромное, залитое светом помещение. По моим указаниям, экраны хромакея здесь сделали светло-зелёными — в отличие от светло-синих, которые использовали на студиях Лукаса. В будущем именно зелёный цвет стал стандартом, ведь на нём меньше всего шумят камеры, он не совпадает с цветом кожи актёров и для правильного освещения требуется меньше света, чем для синих тонов.
Навстречу мне вышел начальник цеха — очевидно, его предупредили о моём визите.
— Игнат Поваров, — представился он.
Мы познакомились, и он провёл для меня небольшую экскурсию: показал операторские, монтажные комнаты и серверные стойки. Сотрудники цеха знали о предстоящем запуске нового фильма и откровенно радовались, что им предстоит участвовать в чём-то масштабном.
— Ваш «Терминатор-1» мы смотрели десятки раз, — признался один из инженеров, худощавый парень по имени Эдик. — Мы все фанаты этого фильма.
— Вот и отлично, товарищи, — ответил я. — «Терм-1» был хорош, но «Терм-2» должен стать куда масштабнее и зрелищнее. Через пару дней утвердят график производства, и вы получите первое техзадание. Не переживайте, оно будет тщательно прописано и детально проработано. Вы скажите вот что: вы уже пробовали самостоятельно что-то создать?
— Само собой, — оживился Игнат. — На днях сделали несколько тестов. Хотите посмотреть?
— Конечно, — кивнул я.
На экране одного из множества мониторов мне показали короткий пролёт самолёта над лесом — деревья под крылом шевелились от ветра, а внизу пробегала речушка, блестя на солнце. Затем был показан парусник, идущий по широкой реке: белый парус колыхался, как живой, а на воде играли блики. И, наконец, была продемонстрирована драка двух космонавтов на астероиде — вокруг летали, медленно вращаясь в невесомости, обломки скал.
Я скрестил руки на груди, внимательно глядя на экран.
— Так… В общем, неплохо, но есть пара замечаний, — протянул я. — Первое: сглаживание контуров надо усиливать, особенно на самолёте — он сейчас слишком «зубчатый». Второе: воду анимируйте с удвоенной частотой кадров, она будет выглядеть более живой и естественной. И добавьте немного хаотичности в движение обломков на астероиде — сейчас они вращаются слишком синхронно, и от этого картинка выглядит искусственно.
Инженеры энергично закивали и начали что-то быстро записывать в блокноты.
— И ещё, — добавил я, — попробуйте поиграть с цветокоррекцией. Лучше всего слегка приглушать цвета в космических сценах — так они должны, по идее, выглядеть реалистичнее.
— Сделаем, товарищ Васин, — пообещал Игнат. — Спасибо за советы, это очень поможет.
Разумеется, при первом знакомстве я не мог вывалить на ребят все хитрости, которые хранил в своей голове благодаря знаниям из будущего.
Дело ведь вот в чём: чистая компьютерная графика, какую можно сделать в эти годы, как бы старательно ни трудились художники и программисты, всё равно будет выглядеть ненатурально. Нет ещё в мире ни таких программ, ни таких мощностей, чтобы изображение стало полностью фотореалистичным. Отличие от живой съёмки всегда будет бросаться в глаза — особенно на длинных статичных планах, снятых с одного ракурса.
Именно поэтому я знал: придётся хитрить. Постоянно менять ракурс, чередовать компьютерные сцены с декорациями, накладывать спецэффекты, смешивать всё это с живыми планами актёров и уменьшать длительность каждого кадра при монтаже. Кроме того, я прекрасно понимал, что ещё один мощный инструмент для маскировки слабого кадра — звук. Правильно подобранная музыка, разговоры персонажей или шумы, которые начинаются за пару секунд до конца одной сцены и плавно переходят в следующую, отлично помогают сделать монтажные склейки.
Одним словом, я знал, как всё это сделать, и был уверен, что если мне никто не будет мешать, то получившийся результат будет как минимум удовлетворительным, а как максимум — шедевральным.
Поблагодарив сотрудников за проделанную работу и пообещав, что техзадание будет в самое ближайшее время, я в сопровождении секретаря отправился к себе.
— Регина Павловна, не скажете, а тут у нас столовая или буфет есть? К чаю бы неплохо было бы добавить пару-тройку бутербродов, — поинтересовался я, уловив вкусный витающий в воздухе запах.
— Конечно, Александр Сергеевич, — с готовностью ответила она. — Столовая в корпусе № 9. — И, понимая, к чему я клоню, тут же уточнила: — Вы хотите позавтракать там или вам принести еду в комнату отдыха?