Рядом с телом ремонтника, лицом вверх, валялась голова Незнакомца. Из проломленной трубы вода уже не била потоком, но тонкая горячая струйка лилась прямо в разинутый рот и растекалась розовой лужицей из отсеченной шеи. Опанас внимательно посмотрел на ремонтника. Конечно же, тот не шевелился.
Он протянул руку к черному телефону без номеронабирателя.
С самого начала его внимание привлекла одна деталь.
Малозаметная, но странная.
Сбоку на аппарате были петли.
24.59. Нет, никого нет… а кто это бормочет? И для чего понадобились петли на аппарате? Он взялся за массивную изогнутую трубку, провод с ребристой металлической оболочкой натянулся и вся передняя часть телефона, словно крышка сундучка, открылась.
Внутри не было ничего, кроме свернутого в трубочку желтого пергамента, перехваченного толстой жилой. Вокруг пергамента распространялось тусклое, почти незаметное сияние. Если бы Опанас коснулся его чистой рукой, то получил бы удар посильнее, чем от силового кабеля. Но кровь Младшей на его ладони заставила мерцание вспыхнуть ярче и погаснуть.
Несколько секунд он глядел на пергамент, затем взял его и побрел к выходу из туннеля, в ту сторону, где было отверстие в холме, мост метро, ночь и река.
Выражение его лица изменилось, нижняя губа отвисла. Плечи опустились, руки расслабленно повисли вдоль тела. Пока он шел, шаркая и цепляясь ногами за шпалы, его спина, и без того сутулая, сгорбилась еще больше.
Он сутулился и шаркал не потому, что устал. Он не устал. Он всегда так ходил.
— Ibarokou mollumba eshu ibaco… Moyumba ibaco moymba… — подбрасывая на ладони пергамент, глухо бормотал он.
Он бормотал не потому, что был растерян. О никогда не бывал растерян. Он всегда так говорил.
«Да знаю я, — опускаясь ниже, откликнулся Эшу Рей, Закрывающий Пути, он же — Легба Кафу, лунное божество, он же — Владыка Перекрестков. — Опоздал. Твой брат слишком долго готовил ритуал. Пока я добирался сюда, пока входил в силу, все уже закончилось.»
— Мой брат — хороший шаман, — возразил тот, кто шел по туннелю. — Он не мог опоздать, это ты добирался долго.
00.00. Вот теперь — полная тьма. И шаман пришел.
— Долго, долго ты добирался, — бормотал бокор. — Если бы они не передрались, пришлось бы вмешаться… Старый, а? Ха! — обозлившись, он потрясал кулаком. — Любители, вот вы кто. Кто так готовит операции? Почему старый? Кто из вас, любителей, видел единственного посвященного сантерии этой страны? А кто из вас изучил место, куда отправлялся? Если бы вы знали, что никто никогда не позволит ремонтнику разгуливать по туннелю в одиночку, только втроем — смотрели бы на труп другими глазами.
Когда он готовил все это, его ученик смог быстро устроиться рабочим на нужный участок. Достать «Хи-тари макан» из скважины и спрятать его в коробке недействующего телефона было просто. Хотя ученик не догадывался, что потом именно его кровь бокор собирался использовать, чтобы снять защиту манускрипта. И уж тем более он не знал, что авария поезда убьет его.
Энергия переполняла чресла. Он чувствовал, что надо вернуться и зайти к пригласившей его в гости новой сотруднице — он хотел ее, очень хотел. Он вообще хотел сейчас всех женщин мира. Это черная, злая энергия делала его таким ненасытным. И она привлекала к нему женщин. Женщины не такие тупоголовые чурбаны, как большинство мужчин. Они-то чувствуют тоньше, под узкими плечами и впалой грудью они видят эту энергию.
Выйдя из туннеля, он прямо с рельс вспрыгнул на ограждающие мост перила и исподлобья огляделся. В темном небе не было видно звезд, широкая река не несла свои воды под мостом, не перемигивались огоньки на холмах. Мир, как старая картина, подернулся пленкой патины и замер ровно на час. Это было секретное время, двадцать пятый час суток, время тех, кто владел силой — и кем владела сила, — время, когда стрелка вселенского метронома, страшной темной башней протянувшаяся в облака, застывала в верхнем положении. Мгновение-на-грани-суток, длящееся целый час, тайное время, в котором не жил никто, кроме тех, кто знал его секреты.
Стоя на перилах в мертвой тишине двадцать пятого часа он перекусил бычью жилу и развернул пергамент. Легба, Владыка Перекрестков, парил над ним, тихо посмеиваясь, — шутник, триксет, ему и положено было смеяться. Это он обманул когда-то Олодумаре, Создателя Сфер, и спрятал «Хитари макан» под холмами.
Бокор вгляделся в карту континентов, которую древний предсказатель, живущий еще в те времена, когда континенты имели другие очертания, предвидел очень точно. Четыре точки было отмечено там. Предстояло много работы — найти стихийные элементы, собрать их воедино и провести последний ритуал. Буквы лянгажа, сакрального языка, произошедшего от шипения Данбалала, великого змея, старейшего среди Лоа, тянулись жутковатой вязью, обозначая места, где спрятаны элементы. Просто так они не дадутся в руки. Чтобы снять защиту, нужна будет кровь, багровые реки крови, и огонь, и вода, и воздух.