«Я бы с удовольствием, — вдруг прохрипел кэб-мен. — Не был там еще. Интересно. А чуть позже нельзя?»
«Нельзя», — инспектор был, как скала.
«Да я ничего, потерплю, — вздохнув, сказал старик. — Рука болит. — Из серого вельветинового рукава он выпростал забинтованную руку. Бинты были грязными. — Третьего дня прищемило оглоблей. Мне бы к доктору. Перевязать».
«У нас есть полицейский врач», — милосердие Лестрейда имело четко очерченные границы.
«Тогда чего ждем? — Джек Камерон спрятал культю обратно в рукав и деловито осведомился: — На моем хэнсоме поедем? Дорого не возьму».
Внизу хлопнула дверь. Может быть, миссис Носдах таким образом хотела разбудить заспавшегося жильца, то есть меня. Хотя вряд ли. Дама с приличиями. Наверное, сквозняк. Однако спускаться действительно пора. Только последнюю страницу добью…
— Вот почти и все, Холмс, — сказал я. — Под присмотром Хопкинса Гатлер и Вэнс были препровождены на набережную Виктории. Когда мы с Лестрейдом, порядком поотстав, дотащились на хэн-соме Камерона до Нового Скотланд-Ярда, этого вычурного творения Нормана Шоу, когда поднялись в кабинет инспектора, негодяи были готовы отразить любую атаку: похоже, они успели выработать линию поведения. Линия эта была проста: они ни сном, ни духом. Угрозы? А что угрозы? От слова до дела путь велик! Особенно они упирали на свидетельство кэбмена. А Джек Камерон, как ни сверлил его глазами Лестрейд, придерживался прежних показаний: повез он двоих, третий джентльмен остался на тротуаре. Короче, мы оказались в тупике. Налицо было лишь два варианта. Первый: Гатлер хлестнул плетью Генри Райдера, что привело к падению последнего в траншею; кэбмена же потом подкупили или запугали. Второй вариант: и Эптон Гатлер, и Сирил Вэнс, и Джек Камерон говорят правду — следовательно, истинный преступник на свободе.
— Зная Лестрейда, — усмехнулся Шерлок Холмс, — не удивляюсь, что ему пришелся по душе вариант № 1.
— Разумеется! Он задержал Гатлера и Вэнса, но не думаю, что инспектор добьется от них признания.
— Кэбмена отпустили?
— Нет. Инспектор заявил, что немного погодя займется им вплотную. Он откровенно стращал Камерона. Но тот лишь крутил головой и задавал массу вопросов. А что здесь? А что там? Ему было интересно! А когда полицейский врач обработал ему руку, кэбмен совсем успокоился, и любопытство его еще больше возросло.
— Левую?
— Что?
— Левую руку?
Я стал послушно припоминать.
— Нет, правую.
— Жаль старика, — нахмурился Холмс. — Должно быть, нелегко ему управляться с лошадью.
— С такой клячей справится и безрукий, — пошутил я, в общем-то, неудачно пошутил. — Что до меня, Холмс, я тоже чувствовал себя заезженным, ни на что не годным конем. Я устал. Меня угнетало, что я не видел выхода из создавшейся ситуации. Не вижу и сейчас, хотя, как вы и просили, вновь рассказал вам о перипетиях сегодняшнего дня со всеми подробностями.
Шерлок Холмс выбил трубку и продемонстрировал ее мне:
— Третья. Я говорил вам, Уотсон, что это задача всего на три трубки.
— И еще вы сказали, что поможете мне разобраться в этом деле.
— Не отрекаюсь. Я и помогал.
— Разве?
— Все расставлено по своим местам. Осталось сделать вывод.
— Но я даже не представляю, с чего начать.
Шерлок Холмс поворошил кочергой угли в камине, достал из персидской туфли, служившей ему табакеркой, щепоть крепчайшего «корабельного» табака, выбрал новую трубку — верескового корня — и стал набивать ее. Наконец, он произнес:
— Хорошо, Уотсон. Вот вам точка опоры…».
На этом рукопись обрывалась.
В отличие от Холмса, никотин вдруг стал мне ненавистен. Я ввернул наполовину выкуренную сигарету в переполненную пепельницу.
Я был доктором Уотсоном! Как и он, я ничего не понимал.
Глаза миссис Носдах излучали внимательную доброжелательность. Истинная леди! Если я — соня — и был для нее не самым удобным постояльцем, она никак этого не показала.
От предложенной чашки чая я не отказался. Усаживаясь за стол, подумал, что начинаю день не с традиционной для англичан овсянки. И это замечательно! Каши я на дух не переношу: в армии меня ими перекормили. Или порридж ныне и здесь лишь в преданиях?
— Доброе утро.
Я встал и поздоровался. Урсула МакДоул выглядела великолепно: молодость плюс здоровье — идеальное сочетание!
— Выпьете чаю, Урсула? — миссис Носдах взялась за чайник.
— Спасибо.
Урсула села. Сел и я. Черт побери, я и впрямь становлюсь настоящим джентльменом! Вот уж не ожидал… Дабы убедиться в этом, я попробовал завести непринужденную беседу. И у меня получилось!